– Нина Львовна, не нервничайте, пожалуйста, – вам вредно. Я же не против массажа, просто не уверен, что мои дети смогут лежать спокойно хотя бы минут пятнадцать.

– Вот за это можешь не волноваться! – улыбнулась я. – Лизонька – настоящий профессионал, и она умеет обращаться с детьми.

В дверь наконец позвонили.

– А вот и она! – обрадовалась я и не преминула добавить. – Легка на помине. Сразу видно, что хороший человек!

Зять хмыкнул, а я пошла открывать.

Зинаида не обманула, когда расхваливала массажистку: явившаяся к нам девочка оказалась чудо как хороша. Золотистые волосы, тонкие запястья и длинные кукольные ресницы – ух! Чем-то эта девочка даже мою Тоню напомнила, наверное, выражением лица: открытым и слегка наивным.

– Ах, Лизонька, а мы вас уже заждались! – проворковала я, пропуская девушку в прихожую.

– Извините, я немного заблудилась, – призналась та, скидывая розовые босоножки, сплетенные из тонюсеньких полосок. – Где дети?

– Проходите в гостиную, проходите, – подтолкнула я, радостно отмечая, что одета девчонка очень удачно: в короткие шортики и полупрозрачную маечку (Эх, Никитос, на этот раз у тебя точно нет шансов ускользнуть от стрелы Купидона!).

– Добрый день! – не подымая головы, прошелестел зять, когда мы вошли в комнату.

– Здравствуйте! – девочка доброжелательно улыбнулась, а потом нашла глазами Сему. – Привет! Это тебе мы будем делать массаж?

Сема отложил баночку с бисером и крепко прижал к себе плюшевого мишку, которого последние три года почти никогда не выпускал из виду:

– Я что-то не уверен, что настроен на какие-либо процедуры. Сегодня нестабильное атмосферное давление, и мой внутренний голос подсказывает, что следует воздержаться от новых впечатлений.

Лиза испуганно оглянулась в мою сторону.

– Не волнуйтесь, он потом настроится, – поспешила успокоить я. – Просто Сема у нас не любит быть первопроходцем. Очень ранимый мальчик. Очень впечатлительный.

Из-за кресла вдруг выскочила Танюша, вооруженная пластиковым мечом, и заорала, как полоумная:

– Сдавайся, стерва! А то мало не покажется!

– Внученька, что это за выражения? – зачастила я. – Ты же у нас воспитанная девочка…

Танюшка сверкнула глазами и тут же исправилась:

– Сдавайся, исчадие ада! Или я отрублю тебе голову, – она от души приложила массажистку мечом, а потом изобразила жуткий смех. – А-ха-ха!