Все готовились к окончанию четверти и выпускным экзаменам, моя мама была лучшая в танцах, а вот у меня с этим видом спорта было не очень, для меня это было слишком сопливо, ведь занимаясь гонками, вы вырабатываете сталь внутри.
— У тебя никогда не получится, идиотка! — говорила мне моя одноклассница. Они с подругами часто меня задирали, я старалась не обращать внимания, но выходило это плохо. Могла бы сразу набить ей морду, но не стала.
У тебя никогда не получится, идиотка! — говорила мне моя одноклассница. Они с подругами часто меня задирали, я старалась не обращать внимания, но выходило это плохо. Могла бы сразу набить ей морду, но не стала.
— Не пошла бы ты нахрен!? — спокойно ответила я и увидела Ваську, она как всегда строго на меня смотрела, подошла ко мне и улыбнулась. Она знала, что сейчас ей лучше промолчать, чем начинать натации.
Не пошла бы ты нахрен!? — спокойно ответила я и увидела Ваську, она как всегда строго на меня смотрела, подошла ко мне и улыбнулась. Она знала, что сейчас ей лучше промолчать, чем начинать натации.
— К нашей дурилке снова прибежала сестра! — я уже хотела я хорошенько дать по морде, но Вася схватила меня за руку и покачала головой. Ей видите ли не нравится, что я дерусь, говорит, что так нельзя делать девочкам, а сама то вон как морды другим била, пока Арсений не появился в ее жизни.
К нашей дурилке снова прибежала сестра! — я уже хотела я хорошенько дать по морде, но Вася схватила меня за руку и покачала головой. Ей видите ли не нравится, что я дерусь, говорит, что так нельзя делать девочкам, а сама то вон как морды другим била, пока Арсений не появился в ее жизни.
— Ты никогда не будешь как твоя мать, идиотка, да как ты вообще тут учишься!? А вдруг у тебя бешенство!? — тут я почувствовала, что Васька отпустила мою руку. Внутри сразу проснулся гнев и глаза просто накрыла красная пелена.
Ты никогда не будешь как твоя мать, идиотка, да как ты вообще тут учишься!? А вдруг у тебя бешенство!? — тут я почувствовала, что Васька отпустила мою руку. Внутри сразу проснулся гнев и глаза просто накрыла красная пелена.
— Лилька! Фас! — она широко улыбнулась мне и я сразу начала надвигаться на мою ненавистную одноклассницу, — Ну что, родная, тебе капздец! — послышалось сзади и мы громко засмеялись. Только вот глаза девчонки сразу наполнились огромным страхом, также как и у ее подружек.
Лилька! Фас! — она широко улыбнулась мне и я сразу начала надвигаться на мою ненавистную одноклассницу, — Ну что, родная, тебе капздец! — послышалось сзади и мы громко засмеялись. Только вот глаза девчонки сразу наполнились огромным страхом, также как и у ее подружек.