- Вопрос со "шлюхами" и " маловато" закрыт? - вздергиваю бровь так, как научил меня Стёпка, чтобы производить большее впечатление, и сердце мгновенно болезненно сжимается.
Угу, значит, таких перемен мне ещё недостаточно.
- Рада, что мы с вами поняли друг друга, - коротко им киваю, поворачиваюсь на пятках своих туристических ботинок, делаю шаг в сторону самолёта и почти моментально взлетаю в воздух, из-за мощного захвата за шкирку.
- А-а-ай! - возмущённо воплю я, но мой крик почти моментально перекрывает свирепый мужской бас:
- Давлетов! Убрал от девчонки руки!
И меня отпускают, позволяя пружинисто приземлиться на посадочную полосу, прямо как только что прибывший лайнер.
- Вострикова! На борт! Бегом! - не менее грозно звучит приказ уже мне, и я, быстро оглянувшись на здоровенного мужчину в возрасте, припускаю туда, куда мне было велено. Перебираю ногами высокие ступени трапа и в последний раз оглядываюсь на низкое темное небо, с плывущими по нему серыми, дождевыми тучами.
- Вот и мерзни тут, Стёпка, со своей костлявой дурой! - с обидой шмыгаю носом я при очередном порыве ветра. И выдаю самую дебильную выгоду принятого мной решения: - А мне будет тепло!
***
Ой-ёй… Это что на хрен за температура?..
Вдыхаю раскалённый до предела воздух и с отвисшей челюстью осматриваю место нашего прибытия.
Бля…
Кажется, я и правда погорячилась...
И не только я...
Потому что уже через секунду на оба моих плеча со спины ложатся две огромных ручищи.
- Ну что, малышка, уже определилась с выбором? - раздается громкий шепот над моим ухом.
- С выбором чего? - резко присаживаюсь, выдергиваю руки из рукавов куртки, оставляя её в лапищах коллеги и отпрыгиваю от него подальше.
- Не чего, а кого, - поправляет меня уже знакомый Давлетов, самодовольно приподнимая урванный трофей к носу и удовлетворённо его обнюхивая.
У-у-у… Животное!
- Предлагаешь брать не глядя? - подхватываю с раскаленного асфальта свой рюкзак, вешаю на плечо мешком вперёд на манер щита.
- Почему не глядя? - ухмыляется животное, браво поигрывая бровями и делая шаг мне навстречу. - Давай отойдем, и я покажу то, о чем ты так долго мечтала холодными, одинокими ночами.
- Ого… - восторженно округляю глаза, предусмотрительно отступая. - Ты провез через таможню кота?!! Быстрее показывай! Я мечтала о черном пушистике с белым пятнышком на носу. Хочу скорее его увидеть! Что? Нет? - обиженно кривлю губы. - Тогда у тебя нет ничего, что могло бы меня заинтересовать.
Закос под тупенькую блондинку с треском проваливается, потому что последние слова я наполняю таким ехидством, что пробивает даже Давлетова.
Блеск оскорбленного самолюбия в моментально сузившихся глазах, и мужик, отшвырнув мою куртку в сторону, рыком кидается на меня.
Черт! Какой ранимый!
Я уворачиваюсь с линии захвата, выныриваю из-под мощной руки и со всех ног бросаюсь в сторону служебной стоянки аэропорта, в который мы совсем недавно прибыли после четырнадцатичасового перелета, и куда меня и отправил Алексей Семёнович. Тот самый громадный мужчина в возрасте, который одним своим присутствием обеспечил мне абсолютную безопасность в самолёте. В самолёте, но не здесь.
- Стой, сучка! - нагоняет меня изрыгающее непотребства животное.
- Ну, конечно, - пыхчу я себе под нос, набирая скорость и молясь чтобы одна из двух машин впереди ждала именно меня, потому что на марафон в сорокаградусную жару я точно не подписывалась, а поблизости, как на зло, ни души.
- От меня не убежишь! - продолжает морально давить преследователь, и в этот миг дверь одной из машин распахивается и из нее выпрыгивает…
Нет, ну тут-то я точно ждала кого-то посерьёзнее… А может быть всё-таки вторая машина?..
Нет…
Потому что рука встречающего с обычным белым листом взлетает вверх, и я читаю свою фамилию, написанную латиницей.
А-а-а! И что теперь делать?!!
Но мой встречающий всё берёт на себя.
В один миг он сминает лист, отшвыривает его в сторону, отточенным движением закидывает руку за спину и только теперь до меня доходит, что лента перетягивающая его футболку - это ремень от автомата, который он выдергивает из-за спины, снимает с предохранителя и делает предупредительный выстрел в воздух.
Ой-ё…
Останавливаюсь как вкопанная в десятке шагов от худого, невысокого, явно местного парнишки, а он опять удивляет, обращаясь ко мне на чистом русском:
- Чего застыла? - ухмылка сменяется дружелюбной белоснежной улыбкой. - Добро пожаловать в Южную Америку, детка! Запрыгивай в тачку. Не дадим загару испортить такую красоту, - он осматривает меня пристальным взглядом, словно желая убедиться, что я - это я.
Нервно оглядываюсь, чтобы оценить обстановку и ошарашенно замечаю, что Давлетов удирает назад с ещё большей прытью, чем гнался за мной.
- Похоже ты произвел на него неизгладимое впечатление.
- А то, - горделиво задирает нос парнишка. - Но сейчас ещё большее произведет на него мой отец.
- Отец?
- Ага, Алексей Семёнович. Кому как не самому близкому человеку он мог доверить такое сокровище, - сообщает мне он, жестом приглашая в машину.
Когда же я забираюсь на заднее сидение шикарной тачки, парнишка внезапно добавляет:
- Ну вообще-то меня послала мама.
- Зачем? - теряюсь в догадках я.
- Юной белой девушке пока она здесь, дополнительная защита не будет лишней.
- Защита от чего?
- От всего, - хмыкает он, срывая машину с места. - Поэтому первым делом завернем на шаманский рынок.
- Куда?!! - в шоке подпрыгиваю на месте от осознания предложенного мне маршрута.
- Повысим твою квалификацию, доктор Вострикова, - уже вовсю смеётся надо мной он, но его глаза остаются совершенно серьезными, и это здорово напрягает...
- Подожди! - предпринимаю попытку остановить круговерть в голове. - Как тебя зовут?
- О, извини! Из-за этого придурка все знакомство коню под хвост, - со смешком выдает мой водитель и так лихо разворачивает машину на повороте, что я судорожно хватаюсь за ремень безопасности и пристегиваюсь в долю секунды.
- Коту, - с выдохом облегчения поправляю его я.
- Что?
- Коту под хвост.
- А-а-а… Но конь-то покрупнее будет.
- В смысле больше поместится?
- Ну!
- Проехали.
- Нет, нам ещё пятнадцать минут, - ухмыляется этот шутник.
- Ты так и не сказал, как тебя зовут, - я возвращаю его к теме нашего знакомства.
- Пако. Это уменьшительная форма от Франсиско.
- Заня-я-ятно, - тяну я, соображая в какой части и что они уменьшили, чтобы получить этот вариант.
- Да не парься! Это от испанского Pater Comunitatis «отец ордена», так именовали основателя ордена францисканцев Франциска Ассизского.
Pa Co- Не буду париться, - улыбаюсь ему в ответ, чувствуя, как нервное напряжение и правда отступает. - Пако, а сколько тебе лет?
- А что? Хочешь пойти со мной на свидание? Я согласен! - самоуверенно заявляет он.
- Нет, хочу узнать, можно ли тебе пользоваться оружием, - сбиваю его восторг.
- Мама была права.
- В чем?
- Что ты попала сюда случайно.
- С чего это?
- Если бы ехала сознательно, хоть немного да узнала о местных законах. У нас официально разрешено ношение оружия.
- Даже детям?
- Эй, попрошу без оскорблений. На прошлой неделе мне исполнилось восемнадцать, - важно вздергивает подбородок Пако.
- Поздравляю.
- Спасибо. Так как насчёт свидания?
- Нет, спасибо. Пако, вообще-то твой отец сказал, что меня доставят в группу, с которой я буду работать.
- Доставят. Но позже.
- Не поняла. А ты точно сын Алексея Семёновича?
- А что не похож?
- Пока только хорошим русским.
- Да брось. Я ж вылитый отец!
- В каком месте?
- В его чертовском обаянии. Как думаешь, он сумел заполучить мою мать?
- Пако, не заговаривай мне зубы, - начинаю раздражаться я.
- А вот тебе первый урок, блондинка, никогда ни при каких обстоятельствах не садись в незнакомую машину.
Щелчок блокировки дверей зловеще дополняет голос Пако, ставший внезапно чересчур серьезным.
- Ты шутишь? - ошалело выдыхаю я, но мой взгляд падает на автомат, лежащий на соседнем сиденье, и жуткий холодок проносится по всей поверхности кожи.
- Нет, - хмурится Пако в зеркало заднего вида, приковывая мои глаза и заставляя задержать дыхание.
Я ведь и правда просто села к незнакомцу в машину.
- Да ладно тебе! У тебя не было такого лица даже тогда, когда ты убегала от того идиота, - Пако вновь начинает улыбаться.
- Не люблю закрытые пространства, - все ещё напряжённо цежу я.
- Вот и не попадайся в них. Я серьезно.
- Ты доходчиво объясняешь. Вот ещё бы рассказал, какого черта я делаю здесь с тобой.
- А разве со мной плохо?
Шумно выдыхаю, прожигая его своим взглядом.
- Ок-ок. Рассказываю, - Пако примирительно поднимает обе руки, выпуская руль, но услышав мой возмущенный вскрик, тут же возвращает их на место. - В общем, у отца от нас с мамой нет секретов, поэтому во вчерашнем разговоре он проболтался про дурную девчонку, вляпавшуюся в неприятности.