– Ты знаешь толк, – кивает Кэтрин.
Они болтают, обмениваясь сплетнями с работы и студенческими историями. Хейли окончила медицинскую школу в Атланте, Кэтрин – в Балтиморе. Им есть что обсудить.
Хоть и знакомы уже несколько лет, они впервые выбираются куда-то вдвоем. Их дружба раньше не выходила за пределы больницы и выросла сама собой: пришли в клинику в один год как интерны и обе остались работать после резидентуры. Сначала совместные перекусы, потом – ни к чему не обязывающая болтовня. И вот теперь Хейли можно назвать ее единственной подругой, пока предыдущие остались где-то в прошлой жизни, вместе с Брайаном.
– Вот это я называю добрым вечером, – доносится сбоку вкрадчивый мужской голос, вырывая их из разговора.
Кэтрин поворачивает голову: рядом с ней садится Томас Гибсон. Она его в жизни ни с кем не спутала бы: жизнерадостная улыбка, кудряшки, как у ангелочка, только темные, и уши в разные стороны.
Класс. Выбралась из дома, чтобы с кем-нибудь познакомиться, а вместо этого получила худого, говорящего сквозь камни во рту англичанина, который к тому же ее пациент.
– Вы…
– Не надо на меня так смотреть, – он складывает брови домиком, – а то я испугаюсь и отсяду.
– Вы меня преследуете?
– Чего? – У Гибсона отваливается челюсть. – Я тут живу.
– В баре?
– В квартире. В двух кварталах отсюда. Доктор Ким, – он корчит ей рожу, – я вообще-то выпить пришел, заметил самую красивую девушку в баре, подкатил знакомиться. Я что, виноват, что это оказались вы?
Хейли с другой стороны прыскает, и Кэтрин не удерживается от того, чтобы толкнуть ее в бок.
А что он вообще делает здесь, а не в палате? Неужели сбежал?
– Мистер Гибсон… – глубоко вдыхает она.
– Тыковка.
– Мистер Гибсон, – настойчиво повторяет Кэтрин.
– Ну хотя бы Том! Мы же в баре, – он обводит рукой стойку, – не у вас в кабинете.
– Ладно. – Она чувствует, что слишком легко сдалась, но спорить с этими глазами невозможно. – Том, я не знаю, почему ты сейчас не в больнице, но давай, раз уж мы соседи, хотя бы отдыхать будем порознь?
С симпатичного острого лица спадает улыбка: кажется, Кэтрин его задела.