Он тренирует меня уже три года. Настоящий мастодонт. Лучший в своем деле. Чемпионом он стал позже, чем планирую я, но у него за спиной была лютая травма ноги. После такого в октагон вообще не возвращаются, а он вернулся и всех нагнул.(Прим.автора: Богдан Шелест, герой трилогии «Законы безумия»)

Для меня он пример для подражания. Всегда был. Я отчетливо помню, как подростком смотрел тот его бой… С тех пор шестнадцать лет прошло.

— Где вся твоя концентрация? Внимание явно где-то не здесь, Руслан. С таким настроем в клетке тебе делать нечего.

— Щас включусь. Щас.

— Ты если это для меня делаешь, — ухмыляется, — то про пояс можешь забыть. Пошли в зал, рассказывай по дороге, что за траблы там у тебя.

Вытираю пот со лба рукавом лонгслива и делаю несколько жадных глотков воды из бутылки.

— У меня тут вроде как дочь нарисовалась…

— Дети — это хорошо. Дети — эти стимул усердней работать. А тебе в последнее время этого усердия явно не хватает. Давай на ринг запрыгивай. Сейчас тебе Жору для спарринга пригоню.

Киваю, оказавшись на ринге прямо напротив Жоры, почти в первые секунды пропускаю удар, отвлекаясь на свои мысли. Падаю плашмя. Сразу.

В ушах гул и Настины признания в любви семилетней давности.

Твою же мать!

6

6

Настя

— Яська, — ловлю воздух губами и крепко прижимаю к себе дочь.

Это все моя вина. Мне казалось, что чем дольше Яся не будет знать правды, тем проще и легче нам всем будет. Ошиблась.

Яся сама решила искать отца. Сделала какие-то свои выводы по тем фоткам, которые, между прочим, были далеко запрятаны. Увидела Градова на улице и подошла. Поэтому и сбежала от Лизы…

— О чем вы с ним говорили?

Спрашиваю, а у самой такой хаос в голове, не понимаю, как только буквы в слова связываются.

Я знала, что когда-нибудь у нас с Ярославой состоится подобный разговор, но не думала, что это случится так скоро. Цели очернять отца в глазах ребенка передо мной никогда не стояло. Но и открыто рассказать малышке, что своему отцу она не особо-то и нужна, я тоже не смогла, несмотря на то, что моя мать до сих пор пытается.

Иногда я слышу, как у нее прорываются отдельные фразы на эту тему, и стараюсь все это дерьмо пресекать. Мне кажется, после рождения Яси мама начала ненавидеть Градова еще сильнее. А я? Я просто смирилась с тем, что все вот так вышло. Какой смысл жить в этой злобе? За столько лет можно было и с ума сойти, если постоянно об этом думать и кого-то в чем-то обвинять.

— Ясь, — сжимаю дочкину ладошку.

— Я показала ему фотографии, — тянется за телефоном и открывает галерею. — Вот.

— Умница моя, — выдавливаю из себя улыбку. Да уж, моя дочь явно продуманней меня. — И что он сказал?

— Ничего, — Яся жмет плечами, а потом вся скукоживается. Еще немного, и заплачет.

Поддерживаю ее объятиями, а сама пытаюсь продумать дальнейший план действий. Да, сама я не хочу видеть его в нашей жизни. Мне он противен. Его не было, когда нам нужна была его поддержка. Он ушел. Он предал. Не только меня предал, но и эту чудесную девочку тоже.

Нервно заламываю пальцы.

Что мне ей сказать?

Правду? А если Градов будет отрицать? Это же просто добьет Яську…

Боже, ну почему? Почему я не выкинула эти злосчастные фотки?!

Вытираю прокатившуюся по щеке слезу, тяну ртом воздух.

— Он уехал еще до того, как ты родилась, зайка.

— Почему?

— Почему? — смотрю на своего ребенка.

Почему же? Честно, я и сама много раз задавалась этим вопросом. Тогда все за какие-то пару месяцев развалилось. Он изменился. Я это чувствовала, потом пропал почти на месяц, а когда появился, устроил скандал, и вишенкой на торте — переспал с моей лучшей на тот момент подругой.

Я не один год, если честно, крутила в голове ту ситуацию, пока в какой-то момент не решила, что он просто такой человек. Злой, грубый и безответственный.

— Потому что ты ему не нужна, — звенит голос моей матери почти над ухом. — Бросил он тебя, понимаешь?! — она качает головой, а потом смотрит на меня. — Что? Я телефон забыла.

— Мама, — шиплю на нее, но никакого эффекта это не производит.

Яся немного выпячивает нижнюю губу. Она у нее трясется, а глаза наполняются слезами.

— Не реви, Ярослава. Ты у нас принцесса, а принцессы не плачут.

— Мама, что ты несешь вообще?

— А что я такого сказала?

— Иди, — взмахиваю рукой и поворачиваюсь к Яське. Она не перестала плакать, но делает это, не издавая и звука. Глотает слезы. — Все. Иди ко мне, — прижимаю дочь к груди. — Не слушай бабушку. Не плачь, — глажу ребенка по спине и невероятно злюсь на свою мать.

— А в чем бабушка не права? — мама входит в раж и переступает порог комнаты. — Как ты вообще посмела сбегать от няни? — трясет перед Яськой пальцем. — Тебе разве не говорили, что с чужими взрослыми дядьками нельзя разговаривать? А?

— Мама, хватит. Пожалуйста.

— Ты хотя бы представляешь, сколько ужасов вокруг творится? Не знаешь?! А я знаю. Я с этим работаю! Это твоя вседозволенность из нее наружу лезет. Довоспитывалась? Горе-мамаша.

— Ты на работу спешила. Вот и иди, — поднимаюсь на ноги. — Завязывай тут свои криминальные хроники зачитывать.

— Ничем хорошим это не закончится. Попомни мои слова. Этот твой Градов опять тебя дурой выставит, а ты раны зализывать ко мне прибежишь. Все, как тогда, будет. Ровно по тому же сценарию. Поэтому голову включай, Настя. Включай-включай!

Мама сует в сумку свой телефон, за которым вернулась, и, громко хлопнув дверью, покидает квартиру. Слышу тихие шаги за спиной. Поворачиваюсь. Яся, растирая по лицу слезы, выходит из детской.

— Папа нас бросил, да?

— Ну как тебя можно бросить?! Конечно же, нет, — присаживаюсь на корточки и вытягиваю руки. Яська тут же оказывается у меня в объятиях. — Чай с тортиком будешь?

— Буду, — кивает, тихонечко всхлипывая.

— Не плачь. У бабушки сегодня просто нет настроения, — вздыхаю.

7

7

***

Утром отвожу Ясю в сад. У нас выпускной год, поэтому каждая встреча с воспитателем заканчивается обсуждением сметы на праздник по случаю этого самого выпуска.

— Мам, — дочка натягивает сандалии и поднимает на меня взгляд, — ты же меня сегодня заберешь пораньше?

— Я постараюсь, — целую малышку в щеку.

Дочь кивает, но вижу, как сникает.

Наш с ней вчерашний разговор о Руслане так ничем и не закончился. Яська очень вымоталась за день и практически сразу уснула, как только оказалась на кровати. Сколько же слез она выплакала…

У меня сердце сжималось от одной только мысли, насколько ей сейчас плохо. Но хуже было оттого, что ничего сделать и никак ей помочь я не могу.

— Я приеду, — обещаю, сжимая ее ладошки в своих, — и мы с тобой куда-нибудь сходим, хорошо? В игровой центр, например. Как тебе?

— Ладно.

— Договорились?

Яся привстает на носочки, кивает несколько раз, а потом очень серьезно произносит:

— Договорились.

Целую ребенка в щеку, провожаю в группу и беру курс на офис. По дороге заскакиваю на заправку. Заливаю полный бак и беру большой латте. Утро только началось, а я уже в мыле. У меня сегодня день — бешеный. Съемки-съемки-съемки. Для рекламы, для блога, для совместного проекта. Плюс нужно подготовиться к подкасту с Градовым.

Раз уж я на все это подписалась, должна быть на высоте и изучить его профессиональную деятельность от и до.

Пока стою в пробке, звоню своему редактору.

— Мне нужно знать о Градове все. Личная жизнь, скандалы, увлечения, финансы. Все. Его боями я ограничиваться не хочу. Они сами сказали, что запретных тем у них нет.

— Насть, не напирай только. Он любимец публики. Ты видела вообще его фан-базу?! Лишний хейт нам не нужен.

— Вы с Деней сами меня на это подписали, так что не мешайте работать, — скидываю вызов.

На студии, которая есть в нашем арендованном офисе, сразу сажусь на грим, а через час приступаю к сьемке рекламной интеграции для нового блога с Бали, который выйдет послезавтра. Почти все уже смонтировали. Это небольшая ветка с контентом о путешествиях разбавляет многочисленные подкасты, разоблачения и интервью на канале.

После обеда появляется Агния, мой директор, и сообщает, что договорилась с командой Градова о экскурсии на их базе.

— Вы там с Деней сговорились? — закрываю ноутбук и надеваю пиджак.

— Не поняла.

— Я разве просила о какой-то экскурсии?

— Мы же всегда так делаем, Насть. Подснимем заодно тренировку. Ребята наши уже на низком старте.

Тут она не врет, конечно. Мы так делаем, да. Готовимся по всем фронтам заранее. Но сегодня я хочу найти тысячу, а может и больше, причин, чтобы не ехать.

— Мы вроде как на подкаст договорились. Так что это ни к чему. — Завязываю волосы в хвост. Говорю одно, а действиями показываю — другое. Собираюсь ехать. Встала уже, пиджак вон надела, в сумку все, что мне потребуется, скинула…

— Смонтируем анонс с этими кадрами. Подогреем интерес аудитории к подкасту.

— Ладно, поехали. Я на своей.

— Адрес, — скидывает точку на карте.

Через полтора часа мы с командой встречаемся в этой самой точке. Бросаю взгляд на нашего оператора. Марку прямо-таки не терпится попасть внутрь. Он фанат такого вида спорта в целом и Градова в частности.

Внутри нас уже ждет Павел.

— Анастасия, добрый день! — протягивает мне руку.

Мне кажется или я видела на его лице ухмылку?

— Добрый, — киваю и не подаю руку, делая вид, что нужно срочно ответить на сообщение. — Ребят, вы пока начинайте, — отдаю своим команду. — Я присоединюсь. Две минуты.