- Всегда знал, леди, - сказал он. - Это был неправильный поступок, но я подумал, что если бы я мог прожить ещё немного...
- Ты собирался оставить нас там на съедение?
- Ты бы не умерла, - сказал он, по-прежнему не глядя на меня. - Но ты была бы милой, тихой и всё ещё была бы жива, когда я тебя вытащил. Я подумал, что, если бы со мной был предвестник, но потом пришёл твой большой друг, и всё было кончено.
Может быть, было глупо доверять ему, но он не обязан был говорить мне об этом. Насколько я знала, тогда это было просто неожиданное нападение, за которым последовало быстрое бегство, потому что он увидел приближение Зеро и понял, что мы будем в безопасности, но не хотел, чтобы его видели фейри. Ему не нужно было признаваться, что он сделал что-то не так.
- Ладно, - сказала я, пытаясь перевести дыхание, чтобы оно не сбилось. - Это было ужасно, но ты тоже спасал меня несколько раз, так что давай считать, что мы квиты.
Он быстро взглянул на меня, и я не была уверена, облегчение или расчёт промелькнули в его глазах на мгновение, поэтому я сунула руку в Между и снова вытащила меч эрлинга, оставив его пялиться на свою пустую руку.
- Ты не можешь убить меня, - сказала я, уперев острие клинка в неровный пол. Я тяжело дышала, но это не уменьшило выражения холодного осознания на его лице. - Во всяком случае, не им. Хотя я почти уверена, что смогу убить тебя им. Я думаю, для этого и существует предвестник - чтобы поддерживать некое равновесие в этом мире. Ни один король не становится слишком могущественным, ни один эрлинг не станет слишком опасным. Ты понимаешь, о чём я говорю?
- Да, - сказал он таким серьёзным, каким я его ещё никогда не видела.
- Ты должен понять, - сказала я, - что моё прощение тебя - не слабость, которой ты можешь воспользоваться. Прошлое осталось в прошлом, но если ты попытаешься причинить боль мне или моим друзьям, если ты начнёшь делать то же, что и последний король, я приду и сама воткну этот меч тебе в сердце, и ты ничего не сможешь сделать, чтобы остановить меня.
- Этого не написано в законах, леди, - сказал он настороженно и очень, очень тихо.
- Написано, нет, - согласилась я. - Но это прямо в основе закона, иначе мы бы здесь сегодня не стояли. Я не сторонница доброты и не собираюсь спорить по всем мелочам, пока мои доводы не будут противоречить духу закона. Вы можете делать это между собой.
- Я тоже не запредельный, леди.
- Да? Уверен в этом? Потому что, с моей точки зрения, тебе пришлось немало изворачиваться и вести осторожные разговоры, чтобы добиться своего. Я не знаю, насколько ты похож на людей, но ты играл в их игру, и почти стал одним из них.
Его глаза встретились с моими и тут же опустились.
- Я должен был жить, леди.
- Знаю, - сказала я. - Вот почему я отдала меч тебе. Я считаю, что ты стоишь того, чтобы рискнуть. Я просто хочу убедиться, что ты знаешь, что будут последствия, если ты забудешь, откуда ты.
На этот раз, когда Лес встретился со мной взглядом, он выдержал.
- Я не забуду. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы быть справедливым, и я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты не подумала, что сделала неправильный выбор.
- В любом случае, это стоит того, чтобы просто увидеть их лица, - сказала я, внезапно улыбнувшись, хотя на лбу у меня выступил холодный пот. - Как думаешь, что будут делать все эти задиристые фейри, когда поймут, что у них есть король-человек и предвестник-человек?
Лёгкая тень пробежала по его лицу, но через мгновение рассеялась.
- Создавать проблемы.
- Да, думаю, ты прав, - сказала я. - На твоём месте я бы убиралась отсюда, пока сюда не нагрянули неприятности, разыскивая тебя. Мне нужно вернуться на мостик, чтобы выяснить, если... если...
Я поняла, что не могу этого сказать. Я не могла заставить себя растворить в искрящейся смеси Между и волшебства сомнения в том, что Джин Ён жив.
У меня перехватило дыхание, похожее на всхлип, и вместо этого я спросила:
- Мы можем оставить тело здесь, верно? Его уже почти не осталось.
- Гниение должно оставаться под землёй, где ему и место, леди, - сказал он, и уголок его рта приподнялся в мимолётном отвращении.
Опасаясь каких-нибудь драчунов, которые могли пережить кончину старого короля, я проводила его до выхода - до тех пор, пока не увидела тени, глубоко уходящие в туннель со стороны солнца и больницы. Эти тени были за спинами людей - или, если быть точным, фейри. Не уверена, что новый король заметил, что я отстала, потому что по мере того, как он шёл им навстречу, его походка становилась всё длиннее и увереннее. В его походке всё ещё чувствовалась лёгкая неуверенность, которая напомнила мне о тех днях, когда он бегал за мной по пятам и устраивал погони по улицам и переулкам, но теперь Лес шёл так, словно под ним была твёрдая земля.
С другой стороны, я, казалось, никак не могла твёрдо стоять на ногах. Я дышала, но, похоже, это не помогало; мой правый бок, мокрый от крови в том месте, где когда-то была рука, придавал моей походке странный вид, который я, казалось, не могла исправить теперь, когда земля, казалось, уходила из-под ног. Я услышала слабое бормотание, в котором говорилось
Я почти ожидала, что новый король пошлёт кого-нибудь за мной. Он, вероятно, смог бы поймать меня, если бы сделал это: я была медлительна, у меня кружилась голова, и я всё ещё теряла больше крови, чем могла вынести. Он этого не сделал, и я поймала себя на том, что хихикаю от облегчения, когда, пошатываясь, возвращалась в темноту к мосту, который был где-то в туманной дали, одновременно близкий и слишком далёкий.
Я сделала правильный выбор. Что ж, в какой-то момент, когда мне пришлось выбирать всё хуже и хуже, мне
- Где этот чёртов вампир, когда он мне так нужен? - пробормотала я себе под нос.
Потом я споткнулась о чьё-то тело.
Тело застонало, когда я ударилась о землю, но почти не пошевелилось, и пока я лежала на твёрдых кирпичах, обхватив ногами кого-то другого, мне смутно пришло в голову, что тот, на кого я упала, был в худшем состоянии, чем я.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы разобраться со своими ногами, и к тому времени, когда я, наконец, распутала их и обнаружила, что сижу, прислонившись к стене туннеля, я был почти удивлена, обнаружив, что там сидит ещё кто-то.
- Вот блин, - пробормотала я, снова немного приходя в себя. - Я знаю тебя. Ты тот самый чертовски изворотливый старый любитель чая.
Он рассмеялся, откинув голову на каменную кладку.
- Вот мы и встретились снова, моя дорогая. Мне кажется, у тебя было слишком много крови.
Он попытался дотянуться до меня, но не смог этого сделать; рука задрожала, когда он попытался пошевелить ею, и не дотянулась, несмотря на то что между нами было мало места.
- Оставь свою магию при себе, - сказала я, пытаясь отдышаться. - Думаю, тебе она понадобится больше, чем мне.
- Я думаю, это ненадолго, - сказал он.
- Заткнись, - решительно сказала я. - Тебе нельзя умирать, пока ты как следует не посмотришь на тот бардак, который ты устроил.
- Это был прекрасный хаос, не так ли? - сказал он, смеясь и кашляя кровью. - Я знал, что если смогу держать это в секрете достаточно долго, то хаоса будет достаточно, чтобы взять верх и перевести стрелки часов на следующее изменение. Мне просто нужно было скрывать это достаточно долго. Вот почему родители должны были умереть: всё должно было быть хорошо и аккуратно прикрыто, пока не станет достаточно большим, чтобы переломить ситуацию.
Звук, который застрял у меня в горле, мог быть всхлипом, а мог и недоверчивым смешком. Я повернула голову, чтобы посмотреть в его окровавленное лицо.
- Ты убил моих родителей, чтобы навести
- Да, - сказал Атилас. Он не отвёл взгляда, и это нервировало. Он словно наказывал себя, не позволяя себе отвести от меня взгляд. - Нет. Это был единственный способ остаться в живых: следовать приказам, не выполняя их до конца, пока всё не загорится само по себе. Я предоставил твоим родителям тот же выбор, что и родителям маленькой зомби: умереть за своего ребёнка или позволить своему ребёнку умереть и спокойно жить в своём собственном доме.
- Видела, как это случилось с Морганой, - сказала я.
У меня закружилась голова, но я не была уверена, было ли это от шока или потому, что мне было трудно дышать. Возможно, мне было трудно дышать из-за шока. Вокруг было достаточно крови, но всё она была снаружи, где от неё было мало толку.
- Получилось не слишком хорошо, - еле слышно произнесла я.
- Её родители предпочли позволить ей умереть, - сказал Атилас. Улыбка, кривая и мрачная, исказила его губы. - В конце концов, они обычно так и делают.
- Нет, чёрт возьми, нифига подобного! - яростно возразила я. - И только потому, что твои были такими...
- На самом деле очень многие были такими, - сказал он.