Поэтому сдерживаю свой порыв и спокойно отвечаю:

— Ну, да повезло наступить на козла.

— А отец Луки?

— Что отец, Луки?

— Кто он? Ещё один козел, бросивший тебя с ребёнком? — спрашивает настойчиво.

— Он о нём не знает, — твердо отвечаю и захожу в дом, тем самым показывая, что на этом разговор о личной жизни закончен.

Главное сам о себе ничего не рассказывает, а мне в душу лезет. Хотя, что тут рассказывать, на лице все написано. Мажор. Огромный домина, дорогая одежда, крутой джип, всё это говорит, что проблем с деньгами у него нет.

Только не понятно, почему он решил один встречать здесь Новый год. Не думаю, что за полтора часа до праздника сюда кто-то приедет.

Слава богу с Лукой все было в порядке. Он сидел и спокойно смотрел мультики.

На часах одиннадцать, пора накрывать на стол и садиться ужинать.

Я начала сервировку, Макар ко мне присоединился. Я двигалась быстро по кухне, на автомате заглядывая в шкафчики в поисках нужной посуды. Раз он дал мне полный карт-бланш, пусть терпит.

Я увидела фужеры на самой верхней полке посудного шкафа. Взяла табурет и потянулась за ними, но не удержав равновесие начала падать.

Макар очень быстро оказался рядом, придержал меня за талию и не дал упасть.

Спустилась с табуретки и оказалась очень близко к нему. Я продолжала стоять, а он продолжал меня удерживать.

Волнующая дрожь прошла волной по телу. А приятный жар изнутри прилип к щекам.

Я чувствую запах мужского геля для душа и почему-то мне кажется он знаком. Не могу вспомнить, где встречала этот запах, но у Петра точно не такой.

— Стеша?

Макар наклоняется. А у нас приличная разница в росте. Рядом с ним, я чувствую себя меньше, чем есть на самом деле. Петр чуть-чуть выше меня, буквально на пару сантиметров. Всегда бурчал, когда я надевала высокий каблук. Из-за этого я совсем перестала носить изящные туфельки, а рядом с Макаром…

Черт…

Меня вдруг посетила неудержимое желание надеть свое любимое чёрное платье, которое я надеваю только по особым случаям, лодочки на тонкой высокой шпильке, распустить волосы и пойти танцевать.

Ох, что за наваждение такое?

— Стеша, как так получилось, что вы одни здесь оказались с Лукой? Как же ваш молодой человек? — поинтересовался мужчина нежнейшим голосом, пустив в него харизматичную хрипоту.

А ещё его губы… Они совсем близко от моей щеки.

Горячее мужское дыхание струилось по коже, спускаясь ниже к шее.

Он, что решил обнюхать меня⁈

Мои колени слабеют.

Всегда думала, что это выражение используют для красивого словца. Но вот она я, Горина Стефания, уверенная в себе мать-одиночка чувствую, как мои колени превращаются в желе! А я как шоколадный пудинг, дрожу от того, как близко ко мне стоит красивый мужчина.

Одна его рука слегка прижимает мою талию. Я ощущаю это и проклинаю себя за желание остаться на месте и продолжить…

Очнись, Стеша! Он тебя наглым образом соблазняет.

С большим трудом собираю волю в кулак и отхожу.

Макар продолжает на меня пристально смотреть. А ещё, издает разочарованный выдох. Он, что думал, что склеит меня за секунду?

Возмущённо смотрю на него и говорю:

— Опять на личные темы? Лука иди мыть руки, скоро будем кушать!

Абрамов выдержал мой взгляд с достоинством, будто я в него не плеснула возмущением.

— Ну, так, что с молодым человеком? Ваши отношения сейчас на паузе?

— Какое тебе до этого вообще дело? — дёргаю плечом.

— Мам, я всё, — наш разговор прервал Лука. — Когда будем кушать?

— Уже.

Мы садимся за стол, Лука, как всегда, начинает капризничать. То это ему не вкусно, то это он не любит. Уже не знаю, как его развлекать, только бы ел.

— Пап, вот скажи, — направил он свой взгляд на Макара, — почему у детей нет прав не есть?

— Кх, кх, — мужчина чуть не подавился, — прости, каких прав?

— Не есть! Мама меня всегда заставляет, а если я не ем, не даёт сладкое, — возмущается. — А вообще, есть такие права? — с интересом посмотрел на мужчину.

— Я думаю, что есть.

Я за спиной сына пригрозила ему деревянной лопаткой. Абрамов понял намек и добавил серьезным тоном.

— Но у твоей мамы тоже есть права. Право расстроиться, если ты не оценил ее прекрасный ужин и не стал есть. Еще у твоей мамы есть право не делать всякие вкусняшки. А пострадаешь, от этого только ты.

— Ну, да, — тяжело вздохнул сынишка, — она вообще не любит сладкое. — Задумавшись на секунду, радостно выдает: — А я знаю, где она прячет конфеты и печенье. Могу сам взять.

— Съешь много и у тебя заболит живот. Придется идти к врачу, с вот таким шприцем! — мужчина широко распахивает руки.

Лука ахнул и застыл.

Я зашипела на Абрамова. Нам на прививку идти в следующем месяце, а он мне тут… шприцами угрожает!

— В общем, лучше слушаться во всём маму. Она плохого не посоветует.

— Ну, ладно, — ответил сынок и заработал ложкой.

Язык-то у него хорошо подвешен, умеет договариваться и убеждать.

Когда Лука довольный убежал получив свою порцию конфет, мы остались за столом и продолжили беседу.

— У тебя хорошо получается ладить с детьми. Есть свои? — интересуюсь.

— Нет, — качает головой.

На часах без десяти двенадцать. Вы бежим с бакалами в гостиную к телевизору, чтобы не прозевать поздравление Президента.

Один!

Два!

Три…

Я ловлю на себе взгляд Макара, он стоит совсем близко. Рядом прыгает счастливый Лука в ожидании подарков от Деда Мороза.

Одиннадцать!

Двенадцать!

С Новым годом!

Глава 4 Макар

Глава 4

Макар

После поздравления мы вернулись за стол.

Малой пошел с нами, захотел ещё сладостей. У меня этого добра полные шкафы. Сам не знаю для чего набрал столько продуктов. Планировал вернуться в город первого, максимум второго, а провизии набрал на неделю.

Собираясь сюда, я и подумать не мог, что в новогоднюю ночь буду не один. А с весьма милой и симпатичной девушкой.

Даже можно подумать, что мы одна семья. Муж, жена и ребенок.

Ну, а что, у всех друзей одногодок уже давно семьи. Даже Дану удалось вернуть свою Белку. Это единственный случай в моей жизни, за который мне стыдно. Хотел отомстить за свои детские обиды, но вышло за гранью. В том, что у них произошло есть и доля моей вины. Но поговорить с ним я пока не решился.

Я никогда не думал обзавестись семьей. Раньше куралесил, менял цыпочек, как перчатки, сейчас отдаюсь работе. На семью надо время, иначе заскучавшие жены заводят любовников, а дети — родного отца видят только по праздникам. Я такого не хочу, поэтому пока холост. Тем более перед глазами, есть не очень удачный пример родителей.

— Ну, а всё же, Стеша? Что у вас произошло? — я не унимался и настырно пытался узнать больше об этой девушке, в частности о ее личной жизни.

Все что удалось понять, это, то что, у нее есть, или был молодой человек… Он не отец Луки. Ещё он кинул ее на бабки, не приехал за ней или к ней… Тоже не понятно. Пока все.

Она округляет глаза, смущенно переводит взгляд в сторону. На нее приятно смотреть.

Светлые, гладкие волосы девушки даже на вид кажутся шелковистыми и тяжелыми. Хочется убедиться, так ли это на самом деле.

Бойкие, темно-голубые выразительные глаза. Кожа золотистая, приятного оттенка, как будто Стеша немного загорела на солнце или смоталась в отпуск перед Новым годом.

Она милая, лицо яркое даже без косметики. Губы естественные, мягко очерченные. Нижняя губа чуть пухлее верхней.

— Почему ты решил, что у меня что-то стряслось? — Стеша замирает с наполовину очищенным мандарином в руках, а потом поворачивается ко мне и протягивает несколько долек мне.

— Одно, как минимум странно, что ты одна с ребенком поехала встречать Новый год в такой глуши, — закидываю фрукт в рот и жую с удовольствием.

— Ну, скажем так, — немного замялась, — это было не мое решение.

— А чье же? Луки?

— Нет, что ты? Он вообще хотел в деревню к бабушке с дедушкой.

— И что изменило ваши планы?

— Потому что, так захотел Петр, — кривляясь выдал Лука забежав на кухню, очевидно за очередной порцией сладостей.

— Малыш, не красиво влезать в разговор взрослых, — девушка тут же делает замечание.

— Это хорошо, что у тебя сейчас никого нет, — делаю вывод. — И, если для тебя это принципиально, я тоже свободен, — успеваю шепнуть ей на ушко, задев его губами, когда вставал, чтобы наполнить бокалы. — Как думаешь, что может из этого получиться?

Глава 5 Стеша

Глава 5

Стеша

— Вот, ещё. Мне это совсем не интересно, — фыркаю и отворачиваюсь.

Он смотрит. Просто смотрит, соблюдая дистанцию между нами. Руки в карманах домашних брюк, голова чуть склонена набок. Вид внешне расслабленный, но взгляд компенсирует все. Он просто бурлит и бурлит на меня.

Мое сердце с ума сходит. Давно не было, чтобы вот так… в небеса взмывало от одних лишь взглядов и намеков.

— Совсем не интересно? — спрашивает тихо.

— Совсем.

Шаг ко мне. Небольшое движение в мою сторону, а для меня словно земные плиты сдвигаются и небо становится ближе. Небо в его глазах, небо в глазах сына.

Странно, но мне на секунду показалось, что Лука и Макар похожи глазами? И я бы сказала, что это ерунда, но меня саму это внезапно взволновало!

Сомнения, мысли по кругу.

Еще этот жар магнетизма между нами.

Ведь я вру, меня очень, как интересует. Только недавно себя убеждала, что Абрамов мажор и стоит от него держаться подальше.