Амур и Психея вели вечный спор. Они часто пытались спасти людей друг от друга, но каждый стоял на стороне своего подопечного. Он на мужской, она – на женской. И никогда еще не было такого, чтобы они пришли к компромиссу. Напротив, их споры часто перерастали в войну.

– Она испортит ему жизнь?! – Голос Психеи больше не напоминал пение птиц, он был наполнен возмущением. – Да ты посмотри на него! Хлюпик хлюпиком! Это он ей испортит жизнь! Своей нерешительностью! Неумением постоять за себя!

Амур глубоко вздохнул и досчитал до десяти. Спорить с женой он не любил.

– Как скажешь, – наконец ответил он, решив схитрить.

В этот раз он не станет доказывать Психее, что ее подопечная – полнейшая катастрофа! В голове бога возник другой план.

– Значит, мы оба согласны с тем, что они не подходят друг другу? – Голубые глаза засверкали от предвкушения победы.

Психея высокомерно поджала губы и откинула назад длинные волосы:

– Совершенно не подходят!

– Значит, эта его симпатия – минутное увлечение и стрелы не нужны? – продолжил свое наступление Амур.

– Не нужны, – отрезала она.

Но вдруг Психея почувствовала новую искру. Всплеск эмоций. Вихрь чувств. Ее взгляд снова упал на девочку, которая вертела головой в поисках кого-то. В руках у нее было две игрушки: два Супер-Кота из мультфильма «Леди Баг». Наконец девочка заметила мальчика у выхода с площадки. Он замер у калитки, увидев ее озадаченное лицо. Она, неловко пожав плечами, взмахнула в воздухе двумя фигурками. Мальчик кротко улыбнулся и одними губами произнес:

– Дарю.

Амур и Психея переглянулись, не понимая, что только что произошло. А случилось вот что: девчонка по имени Лола Дюпон, или Ло, решила, что мальчик – Тюгдюаль Шевалье, или Тюг, как называли его все (ибо произнести полное имя казалось невозможным; мальчишку назвали в честь прапрадедушки старинным бретонским именем, символизирующим смелость и храбрость. Вкупе с фамилией Шевалье это выглядело насмешкой судьбы, вот такое он носил рыцарское имя), присвоил себе ее игрушку. Она отчитала его со всей яростью, на которую была способна в свои девять лет, а нрав у нее был вспыльчивый и горячий. Но вот теперь она осознала, что ее Супер-Кот все это время лежал на лавочке рядом с мамой, а игрушка Тюга принадлежала ему. Вот такой конфуз. Стыд, липкий и неприятный, заставил ее пухлые щеки залиться румянцем. Но Тюгдюаль выглядел так, словно ни о чем не жалеет.

– Дарю, – тихо повторил он, и сердце Ло дрогнуло.

Только это никак не входило в планы двух божеств. Амур и Психея продолжали пристально смотреть друг другу в глаза.

– Они не подходят…

– Абсолютно точно…

– Грубая девчонка…

– Неженка, а не мальчик!

– Их нужно уберечь друг от друга.

– Ну разумеется!

И тогда боги впервые разлучили Тюга и Ло. Папе мальчика предложили работу, от которой он не мог отказаться, и вся семья переехала в Тулузу. Сколько бы Лола ни ждала Тюгдюаля на площадке, притащив для извинений конфеты и двух Супер-Котов, мечтая о том, как заглянет в его голубые глаза и громко рассмеется от неловкости, этой встрече не суждено было случиться.

Мечты остались лишь мечтами.

Акт II Здесь случилось пари и затрепетали бабочки

Акт II

Здесь случилось пари и затрепетали бабочки

О ТОМ, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ, люди спорят с начала мироздания. Многие пытались заключить ее в рамки и вписать в бог знает какие определения. Но правда заключается в том, что любовь непостижима, как бы сильно человечество ни стремилось ее контролировать. Амур знал это. Он чувствовал любовь иначе. В сознании бога она напоминала огромную вселенную со сверкающими звездами и миллионом тайн. Хотя он делал вид, что познал любовь полностью!

Лола готовилась к началу учебного года основательно. Как-никак летом ей исполнилось четырнадцать лет, и в этом году она сказала себе, что у нее появится парень. Ло не строила иллюзий касательно мальчиков-подростков, прекрасно осознавая, какие они тугодумы. «Если хочешь чего-то, то добейся сама», – сказала она своему отражению. Да, характер у нее был бойкий, она не из тех, кто будет стоять в уголочке, опустив глаза в пол, в ожидании любви всей жизни. Так ведь можно простоять и целую вечность! А у нее не было вечности. Поэтому она была настроена серьезно: новый учебный год, новый класс, новые знакомства и, возможно, первый поцелуй. Хотелось ли ей, чтобы это было сказочно? Определенно. Она мечтала, как приподнимет носочек правой ноги, словно принцесса, и почувствует на своих губах теплые, мягкие губы мальчика, который ей нравится.

Романтические порывы никогда не были чужды Лоле. Но, глядя на себя в зеркало, уже в четырнадцать лет девочка прекрасно понимала: сколько бы раз папа ни говорил ей, что она самая прекрасная мадемуазель на всем белом свете, Ло явно была на любителя. С рыжими, торчащими в разные стороны волосами, фигурой шире и ростом ниже, чем у большинства девочек в ее классе. А эти веснушки? Боже, они покрывали все ее лицо! Девочке хватало смелости признаться самой себе, что внешность – не главное ее оружие. Она еще не знала о своих козырях и видела лишь недостатки. А между тем силой Ло была ее улыбка. И раскатистый смех. И задорный характер. Но, когда тебе четырнадцать лет, ты замечаешь лишь то, как не вписываешься в принятые рамки «прекрасного».

В тот год Ло продумала свой образ до мелочей: голубые джинсы фасона бойфренд кое-как прятали широкие бедра, оверсайз-футболка скрывала выпуклый животик, бока и даже грудь, которая в четырнадцать лет уже была достаточно большой, чтобы вызывать неловкость. Поверх Лола надела худи – тоже на размер больше необходимого. На худи была Уэнсдей со своей коронной фразой: «Это мое счастливое лицо». Ло выпрямила непослушные волосы, и они, словно пакли, облепили ее череп. Ей нравилось то, что получилось. И она надеялась, что в школе найдется мальчик, которому это тоже понравится. По крайней мере, Ло познакомится со всеми, будет остроумной и обязательно подружится с крутыми девчонками. Вокруг таких всегда крутятся мальчишки!

Итак, Лола закинула в сумку дневник, на котором огромными буквами было написано название ее новой школы: Paul-Claudel d'Hulst, и побежала навстречу новым свершениям.

Тюг был рад возвращению в Париж. Он скучал по родному городу и за четыре года так и не привык к Тулузе. В Тулузе отец отдал его на баскетбол, и Тюгдюаль влюбился в этот вид спорта. Там он чувствовал себя как рыба в воде.

Мальчишка уезжал сутулым каланчой, а возвращался еще более сутулым и несуразным. Длинные ноги и руки казались чужими – их будто взяли у взрослого мужчины и прилепили к телу подростка. Хотя бабушка, увидев внука, восхитилась и объявила, что он красавчик, старшая сестра лишь громко фыркнула. Этот эпизод Тюг старался вычеркнуть из памяти. Неприятно, когда над тобой смеются. В общем, он был слишком высоким, с темными кудрявыми волосами и голубыми глазами, которые казались ярче на контрасте с цветом локонов.

Тюгдюаль, в отличие от Лолы, не готовился к первому дню школы. Он чуть не проспал. Вылетел из дома под крики матери о том, что это никуда не годится. Парнишка даже не умылся. Повезло, что в старых джинсах завалялась жвачка с ментоловым вкусом. Тюг сонно потер лицо и быстрыми шагами направился в новую школу – Paul-Claudel d'Hulst.

Понимаете, к чему я клоню? Да-да, Тюг и Ло будут учиться вместе! Судьба? Сомневаюсь. Может, просто удача. Или нечто большее, не подвластное… даже Амуру (только ему не говорите!).

Лола и Тюгдюаль столкнулись лицом к лицу у самого входа – больших деревянных ворот. И поверьте, вспышка, которую испытали Амур и Психея во время этой встречи, не так уж часто случалась на их пути.

– О, Олимп! Какой-то парнишка влюбился по самые уши! – закричала сонная Психея и, схватив мужа за руку, стремительно полетела на землю.

Лола не могла поверить своим глазам. Она несколько раз моргнула, стараясь сбросить оцепенение и удостовериться, что это действительно он. Тот самый мальчик с Супер-Котом. Тюг тряхнул головой, и кудряшки упали ему на лоб. У Ло перехватило дыхание.

– Нет… – прошептала Психея. – ЭТО ЖЕ ОНИ, ТЕ САМЫЕ ДЕТИ!

– Мы тогда были абсолютно правы, – фыркнул Амур, глядя на них. – Ты только посмотри, как нелепо они смотрятся рядом!

Тюг был выше Ло на три или четыре головы и ýже нее раза в два. Мальчишка попытался было что-то сказать, но не смог вымолвить ни слова. Зато Лола едва не бросилась ему на шею от восторга и переизбытка эмоций.

– НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! – завизжала она.

Тюг от неожиданности отшатнулся и покрылся алыми пятнами.

– Боже, эту пытку нужно прекратить немедленно, – зевая, произнес Амур. – Почему его родители вернулись?

– Контракт закончился, – озадаченно сообщила Психея, изучая длинный пергамент, что появился у нее в руках прямиком из облачка.

Лола схватила Тюга за длинный рукав и потянула во двор школы.

– Я Ло, Лола, – выпалила она. – Боже, я, должно быть, сплю! Что ты тут делаешь?

Тюг испуганно оглядел ее, сглотнул и несколько раз моргнул:

– Я… Э-э… Ну…

– Точно-точно, ты тут учишься! Конечно! Какой глупый вопрос.

Начал накрапывать мелкий дождик, но Лола его не заметила – все, что она видела, были кристально-голубые глаза мальчика. Того самого мальчика. Ее волосы тем временем от влажности начали вставать дыбом. Тюг с интересом наблюдал, как прическа девочки превращается в одуванчик. А Лола самозабвенно продолжала болтать.