Если бы продюсер периодически не звонил Гынён, она бы вообще была отрезана от событий внешнего мира. Даже если бы наступила война и квартиру регулярно обстреливали, она бы вряд ли вышла на улицу посмотреть, что происходит. Каждый раз Гынён задавалась вопросом, что не так с этим домом.

По какой-то непонятной причине ее ноутбук не ловил интернет, поэтому, чтобы поработать за компьютером, ей нужно было отправиться в интернет-кафе.

Девушка решила немного поработать. И только она собиралась выйти из квартиры, как раздался звонок в дверь. Теперь она не была уверена, кто именно пришел на этот раз. Джихян или Худжун? Но оба, без сомнения, отругали бы ее за то, что она сразу открыла дверь.

Гынён осторожно взглянула в глазок. Выпуклое стекло позволяло увидеть почти все пространство перед входом в квартиру.

Девушка тяжело вздохнула и отступила. Даже через маленькое стеклышко она почувствовала ауру Худжуна. Гынён постаралась успокоиться и открыла дверь. Он же втолкнул ее внутрь и сам зашел в квартиру.

– Что ты делаешь? Нельзя было сразу открыть?

– Сам же говорил, что нельзя кому попало открывать дверь, – заворчала она, глядя на затылок Худжуна, проходящего мимо.

– Это я-то кто попало? Я, вообще-то, хозяин этой квартиры.

Гынён внимательно посмотрела на Худжуна, а затем на его лодыжку, на которой больше не было повязки. Он вполне мог ходить и даже бегать.

– Ты ведь здоров? – задорно спросила Гынён, хватаясь за дверную ручку.

– Конечно, – прямо ответил Худжун и кашлянул.

Кто бы сомневался. Вероятно, нога в принципе никогда и не болела. Какой же он все-таки противный. Теперь она жалела о том, что прониклась к нему сочувствием.

– Зато у меня теперь все тело болит, – сказала Гынён, указывая на руки и ноги.

Но его вовсе не интересовало состояние ее здоровья.

– Тебе стоит больше тренироваться. Как ты можешь быть такой неспортивной? – ответил он, снимая пленку с предмета в своей руке.

– В жизни есть много чего, кроме спорта. Так что силы и энергию можно использовать для иных вещей.

– И каких же? – проворчал Худжун, все еще разворачивая пленку.

– Ну не знаю. Например, для этого.

Девушка взяла пакет с одеждой и протянула ему.

– Что это?

Худжун посмотрел на пакет.

– Похоже, что твое. Возьми.

Девушка качнула пакет в сторону Худжуна. Он взял его и непонимающе осмотрел.

– Думаешь, это мое?

– Да. Меня попросили передать тебе, так как ты забыл его перед съемками.

– Уверена?

Худжун открыл пакет, явно ничего не подозревая.

– Носки? – спросил он, заглядывая внутрь.

– Неужели тебя ничего не смущает? Тебе должно быть хотя бы капельку неловко открывать это при мне, – с беспокойством сказала Гынён.

– С чего бы вдруг? Что это?

Немного порывшись в пакете, он нащупал лямку красного бюстгальтера и потянул за нее.

– Фу, прекрати! Зачем ты достаешь это? Извращенец?!

Гынён закрыла лицо руками и закричала.

– Это твое? – держа бюстгальтер за лямку, спросил Худжун.

– Что? С ума сошел? Зачем бы мне тогда класть это в пакет и отдавать тебе?

Девушка была в ужасе, а Худжун лишь покачал головой.

– Тогда почему это здесь?

– Все просто: ты извращенец!

– Я?! – Худжун закатил глаза.

– И как часто ты проворачиваешь подобное? Только честно. Сколько лет?

– Что?

– Извращенец! Как давно ты этим занимаешься?

– Это не мое! – закричал парень, яростно размахивая пакетом.

– Спрячь это! Не могу смотреть. Я никому не скажу, так что можешь не волноваться на этот счет…

– Ты с ума сошла? Что ты несешь?

– Ты извращенец, вот ты кто!

– Почему ты подкидываешь свои вещи другому человеку и называешь его извращенцем? Совсем жить надоело? – Худжун чуть ли не набросился на Гынён.

– Боже! Ты собрался убить меня? Тебя посадят! Теперь я понимаю, что ты за человек!

– Что?

– У тебя раздвоение личности!

– Эй! Тебе нравится превращать других людей в сумасшедших? – яростно кричал Худжун и тряс пакетом. – Ты точно решила сегодня умереть!

Гынён встала как вкопанная. Худжун посмотрел на нее и засунул бюстгальтер обратно в пакет. Затем достал телефон и набрал номер.

– Что, не хочешь сам марать свои ручки, поэтому звонишь кому-то, чтобы разобрались со мной? – саркастично спросила она.

Худжун перевел взгляд на экран телефона – проверить, ответили ли ему на том конце.

– Сейчас посмотрим, кто тут из нас сумасшедший, – холодно произнес он.

После он включил видеозвонок на телефоне и показал сумку, которую держал в руках.

– Ну? Я оставил это недавно в прихожей квартиры, где у нас проходят съемки.

На том конце донесся голос Джихяна.

– Как этот пакет попал к тебе? Ты ходил в ту квартиру? Заглянул в него? – с любопытством спросил Джихян. Затем Худжун посмотрел на Гынён и протянул ей телефон.

– Ну что, сама спросишь?

Холодный голос Худжуна даже напугал девушку. Она взяла телефон обеими руками.

– Джихян? Это Ли Гынён.

Мужчина поприветствовал ее, но был явно удивлен:

– О, привет!

Наступила тишина, и Джихян ждал, пока Гынён заговорит первая. Девушка посмотрела на Худжуна и затем начала быстро объяснять ситуацию. Возможно, он будет покрывать своего подопечного, но она должна была все выяснить.

Девушка набралась смелости и заговорила:

– Мне передали это работники студии. Сказали, что пакет принадлежит Худжуну. Что там было?

– Ну, в основном предметы первой необходимости.

– Что? Как…

Девушка набралась смелости и продолжила говорить. Худжун, наблюдавший за происходящим, вырвал телефон из рук Гынён и закричал прямо в него:

– Прежде чем получить его, она залезла туда и обнаружила женский бюстгальтер! Ты что-то об этом знаешь?

– Что? – Джихян был в ужасе.

– Должно быть, какой-то сумасшедший подбросил его туда, Джи! Этикетки на нем нет, – внимательно осматривая бюстгальтер, сказал он.

Девушка с удивлением посмотрела на Худжуна, который тем временем кашлянул и, немного смутившись, продолжил говорить:

– Так или иначе, из-за этого меня сегодня обозвали извращенцем! Думаю, нам нужно прекратить съемки!

Ну, может, это и хорошая идея.

– Дай мне Гынён.

Девушка слышала голос Джихяна, который был настроен решительно. Затем Худжун сунул свой телефон Гынён.

– Слушаю.

Девушка взяла трубку, словно это было в порядке вещей.

– Пожалуйста, избавься от бюстгальтера. Вероятно, кто-то из фанаток решил так подшутить и прислал Худжуну свое нижнее белье.

Гынён смутилась, потому что ей была неприятна сама мысль об этом.

– Не пойми меня неправильно. Когда на концерте звездам кидают подобное, никто уже не удивляется. Это происходит не только с Джуном, а со всеми знаменитостями-мужчинами, – сказал он мягким голосом человека, который, похоже, совсем не умеет злиться. – Прости, но я попрошу тебя позаботиться об этом вместо меня. Нам нужно работать дальше.

– Хорошо, – тихо ответила Гынён.

– Спасибо. Надеюсь на тебя.

– Да.

– И еще – прекрати ссориться с Джуном, – сказал Джихян, сдерживая смех.

– Хорошо. Отдыхайте!

Девушка попрощалась с Джихяном и отключилась, протянув телефон обратно Худжуну. Тот разозлился и выхватил у нее телефон.

– Ну что? Теперь убедилась?

– И что теперь? – хмыкнула Гынён и взяла пакет.

– Джи очень часто расстраивается из-за многих вещей, поэтому, когда я встречаю новых людей, сразу понимаю, что они из себя представляют. Но в нашем случае между нами пропасть. – Худжун все никак не унимался.

– О, ну надо же! Звезда ты наша! – закричала девушка, хватая пакет из его рук. – Похоже, носки совсем новые, что планируешь с ними делать?

Она сунула носки Худжуну.

– Ты серьезно сейчас? Ну если так хочешь, сама и носи!

– Они слишком большие для меня!

– Тогда на голове носи вместо шапки! – закричал Худжун, брызгая слюной.

– Так что с этим делать-то?

– Я же сказал: носи, если хочешь! – высокомерно ответил Худжун.

– Куда ты? У меня уже голова от тебя болит! – крикнула Гынён вслед Худжуну.