Гынён растерянно повернулась в его сторону, но тот уже двинулся дальше, не говоря ни слова.

Девушка поспешила за ним. Сначала мужчина шел медленно, а затем свернул в переулок от Кабуки-тё. Должно быть, он пошел в ресторан за раменом.

Гынён была озадачена его поведением. Вдруг она вспомнила про ту девушку, которую видела вчера, и задумалась о том, не решил ли Худжун бросить ее и отправиться к той девушке. Она не могла побороть свое любопытство и решила проследить за ним.

Гынён лавировала в толпе, чтобы не упустить спину Худжуна из виду. Она протискивалась мимо людей, которые шли навстречу. Их было слишком много, поэтому она начала потихоньку терять певца в толпе, однако не могла ничего с этим поделать.

– Худжун! Куда ты? – громко закричала она, а тот лишь ускорил шаг и даже не оглянулся.

Гынён не могла упустить его, ведь что она потом скажет Джихяну? Девушка перешла на бег и схватила мужчину за локоть.

– Пойдем вместе!

Гынён глубоко вздохнула и посмотрела на мужчину. Боже! Это оказался не Худжун. Должно быть, она перепутала его с другим человеком, так как одежда у них была очень похожая. Оказывается, возмущения певца по поводу однотипности были не так уж и беспочвенны.

Она начала извиняться перед незнакомцем, которого схватила за руку, но потом ее осенило – теперь она точно потерялась. Она не могла вспомнить, откуда пришла и как выйти обратно к торговому центру, поэтому решила просто идти вперед, надеясь догнать Худжуна.

Прежде всего ей нужно было найти Худжуна и Джихяна. Сердце Гынён колотилось все быстрее и быстрее, и она ускорила шаг. Но чем дальше она шла, тем больше понимала, что потерялась. Казалось, ее сердце вот-вот остановится.

Она приехала в Японию и потерялась, словно маленький ребенок. Холодный пот выступил на лбу, на глазах навернулись слезы. Во всяком случае, радовало то, что еще было светло. Она надеялась, что кто-нибудь все-таки найдет ее.

Гынён нерешительно бродила по улицам, прикусывая пересохшие губы, и искала в толпе Худжуна и Джихяна. Лицо ее стало мокрым от слез.

Она даже не помнила название отеля. Гынён корила себя за все и клялась больше никогда не приезжать в эту страну. Она никогда больше не хотела гулять с Худжуном. Никогда!

Когда она выбежала из переулка вся в слезах, то наткнулась на кого-то… Этим кем-то оказался Джихян.

– Гынён? Что ты тут… Что случилось?!

Он был сбит с толку.

– Боже!

Девушка тут же села на корточки, словно последние силы покинули ее тело, и громко зарыдала.

– Что?! Что случилось?

Джихян присел с ней рядом и начал гладить по спине.

Девушка рыдала, вытирая слезы на щеках.

Затем к ним подбежал Худжун с бледным лицом, он приблизился к девушке и тяжело вздохнул. Пот стекал по его лицу: похоже, он быстро бежал.

– Почему вы здесь? – Джихян смотрел то на Гынён, то на Худжуна с озадаченным видом.

Худжун, тяжело дыша, вопросительно смотрел на девушку, а она, в свою очередь, красными от слез глазами обиженно смотрела на него.

Он хотел подшутить над ней, но, когда понял, что она потерялась, испугался и не знал, что делать.

Гынён ничего так и не сказала. Худжун понимал, что даже не имеет права на извинения. Ведь именно из-за него девушке пришлось испытать весь этот ужас.

В итоге он чувствовал себя полным дураком, он в очередной раз показал себя не с лучшей стороны и понимал это.

* * *

Гынён было стыдно за свое поведение, поэтому весь полет она провела с закрытыми глазами. По какой-то причине Худжун, который планировал задержаться в Японии, решил вернуться в Корею вместе со всеми.

Девушка не хотела ни с кем разговаривать, поэтому, как только они сели в самолет, натянула воротник кофты чуть ли не до ушей и закрыла глаза. Вдруг она почувствовала, что рядом с ней кто-то стоит. Это был Джихян.

– Джуни передал это тебе.

Он вручил девушке небольшую коробку и ушел. Когда та открыла презент, внутри оказалось несколько видов дорогого шоколада.

– О, вкуснятина, – сказала сценаристка, заглядывая в бокс.

– Хотите? – немного раздраженно спросила Гынён и протянула ей угощение.

– Можно? Тогда я возьму одну.

– Можете взять все.

Гынён молча сунула презент сценаристке. Та, сбитая с толку, удивленно посмотрела на нее.

– Я даже не знаю…

Сценаристка некоторое время колебалась, но вскоре сдалась и уже угощала остальных членов группы. Не в силах терпеть шелест оберток, Гынён отвернулась. Она не хотела принимать подарки от Худжуна из-за его поступка.

Наконец самолет приземлился в международном аэропорту Инчхон. Как только они вышли из самолета, Джихян взял Гынён за руку, и девушка пораженно посмотрела на него.

– В аэропорту много людей. Думаю, нужно быть готовыми, – заботливо сказал менеджер.

– На улице и правда шумно. Так вот зачем в агентстве хотели знать точное время прибытия Худжуна.

Вдруг у сценаристки зазвонил телефон.

– Почему вы не брали трубку? – В телефоне раздался громкий голос продюсера Хана.

– Что? Вероятно, я не слышала. – Сценаристка стояла, держа в руке ту самую коробку конфет.

Худжун холодно посмотрел на нее, а затем на Гынён, словно спрашивая, почему его подарок оказался у нее. Гынён удивилась, но сделала вид, что ее это не беспокоит. Неужели Худжун и правда купил шоколад?

– Что? Да-да. – Сценаристка закончила разговор с продюсером Ханом и с беспокойством посмотрела на Гынён. – Похоже, реакция на первую серию шоу была довольно бурной. Нам нужно поскорее уехать из аэропорта.

После звонка продюсера все напряглись. Гынён тоже начала волноваться. Во времена работы репортером она часто видела, как люди страдали от внимания журналистов, которые не давали прохода, поэтому она знала, что это такое. Если ее о чем-то спросят, что она должна ответить?

Гынён не знала, как прошла трансляция. Она зажмурилась и поджала губы.

– В любом случае это же не громкий любовный роман. Нам нужно просто прорваться через толпу. Машина уже на улице? – спросила сценаристка и затем взглянула на оператора, который тут же включил камеру и начал снимать.

Джихян посмотрел на Гынён и с тревогой сказал:

– С нами-то все будет в порядке, но, боюсь, Гынён может пострадать.

– Хорошо. Думаю, бояться мне уже нечего. Я уже многое пережила за время съемок, – ответила Гынён, но при этом капельки пота выступили у нее на лбу.

Она не знала, что ее ждет, однако надеялась, что там соберутся не все фанаты Худжуна, готовые разорвать ее на части.

Из-за напряжения Гынён не хватало воздуха. Ощущения были совершенно иные, чем во время съемок. Девушка решила, что должна быть смелой, поэтому глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Тогда мы пойдем первыми, а вы за нами.

Джихян обеспокоенно посмотрел на Гынён, затем похлопал ее по спине и подошел к Худжуну. С серьезным выражением лица он что-то сказал ему, и парень нахмурился после его слов. Казалось, что он тоже волнуется, как самый обычный человек.

Через некоторое время они вышли из зала прилета аэропорта. Худжун был в капюшоне, Джихян и сотрудники шли сразу за ним.

Гынён наблюдала за Худжуном. При его появлении в зале словно начался фейерверк. Казалось, что звезды упали на землю, чтобы осветить его.

Непрекращающийся звук вспышек, мигающие огни тут и там сводили с ума. Голоса репортеров, выкрики фанатов – все смешалось в единый гул.

Если бы Гынён могла остаться, то она ни за что бы не согласилась выйти к этой толпе. Она словно попала в стеклянную банку, из которой должна была выйти на всеобщее обозрение, где ее все разглядывали, но при этом она была одна. Ей казалось, что люди будут оценивать каждое ее движение, прежде чем съесть, как тунца из банки.

Девушка неосознанно сжала кулаки, но в тот же момент сценаристка положила руку ей на спину. Когда Гынён обернулась, ее напряженный взгляд вызвал тревогу у окружающих ее людей.

Гынён постаралась улыбнуться. Сценаристка пожала плечами, словно напоминая ей, что она должна собраться. Поэтому Гынён кивнула, и весь персонал вышел вслед за Худжуном из зала.

Как только девушка вышла к толпе, мигание вспышек участилось и усилился гул голосов.

– Вы ожидали, что шоу произведет такой фурор?

– Что вы думаете о сцене с фургоном?

– Ты действительно ненавидишь его так сильно, что собиралась убить?

– Ты хотя бы знаешь, как должен выглядеть менеджер?

Из-за множества вопросов репортеров, которые пытались вытянуть из Гынён хотя бы слово, в голове у нее начало гудеть, словно там поселился рой ос. Неосознанно девушка закрыла уши руками, но от этого лучше не стало.

Крики фанатов перемешивались с вопросами репортеров, которые набрасывались на нее один за другим.

– Ты вообще в своем уме?! Кто тебе права выдал?

– Если с головы Худжуна упадет хоть один волосок, я самолично убью тебя!

– Проваливай! Если еще раз тебя встретим, то тебе несдобровать!

Из глаз Гынён невольно катились слезы, пока сотрудники шоу пытались прорваться через толпу репортеров и поклонников. Вдруг кто-то положил руку на ее плечо. Она попыталась повернуться, чтобы понять, чья эта была рука, но из-за напряжения почти не могла пошевелиться.

– Если вы будете показывать, что боитесь их, они только больше распалятся. Держитесь увереннее!

Слова пронзили сердце Гынён, словно мечи. Сценаристка упорно тащила ее вперед.

Когда они почти выбрались из толпы, один из сотрудников открыл дверь машины, и девушку затолкали в нее. Остальные участники съемочной группы, которые все это время снимали, сложили оборудование и тоже сели в машину. Дверь захлопнулась.