У него наверняка проблемы с Шерил, работа вообще ни при чем.

Ну конечно. Зря я драматизирую.

Я глянула на часы. Черт! Фрэнсис, небось, уже клавиатуру грызет, не дождавшись своего бутерброда с лососево-огуречным салатом.

Взяв себе бейгл с говядиной, я заспешила обратно по набережной. Мало кто мог похвастаться работой в таком живописном месте. Бирюзовая гладь моря встречалась со скалами, а справа, как мозолистая рука, тянулась к паре скрипучих рыбацких лодок гавань. Позади меня, словно нанизанные на нитку радужные бусины, теснились разноцветные домики и разношерстные магазинчики.

Куда лучше, чем каждое утро битый час трястись в поезде, вдыхая аромат подмышек попутчиков.

– Мисс Бакстер?

Я обернулась – ко мне подошла миссис Кук, пожилая дама, у которой я недавно брала интервью для газеты. Она обратилась за помощью в «Вести Силвер-Несса» после того, как ушлые ребята из одной фирмы по ландшафтному дизайну нагрели ее на шестьсот фунтов. Я написала о ней статью, и благодаря всеобщему вниманию и поднявшейся шумихе миссис Кук вернули деньги. Фирма, где работали те жулики, заявила, что при «перерасчете стоимости услуг по подрезанию живой изгороди миссис Кук обнаружилась административная ошибка».

– Хочу еще раз поблагодарить вас за помощь.

– Ой, ну что вы, миссис Кук, – засияла я и скромно добавила: – Я всего лишь выполняла свою работу.

– А вот и нет. Вы сделали гораздо больше и были ко мне очень добры. – Она подалась вперед, прижимая к себе плетеную сумку. – Я отправила вашему редактору письмо с благодарностью, расхвалила вас, хотя он, наверное, и сам все прекрасно знает.

Я зарделась от счастья:

– Будем надеяться, хотя напомнить никогда не помешает. Спасибо!

Миссис Кук усмехнулась и переключила внимание на новые открытки, выставленные перед сувенирным магазином.

По дороге в офис мне пришла в голову мысль: а не ввести ли нам рубрику жалоб потребителей? Для местных читателей. Дуг часто просил нас с Фрэнсис делиться новыми идеями для развития газеты, которые можно предложить руководству.

Редакция «Вестей Силвер-Несса» располагалась в выцветшем здании с витражными окнами. Раньше там был паб, где в начале прошлого века после изнурительных выходов в море отдыхали рыбаки. Окнами наш офис выходил на набережную, за которой открывался вид на пустынный пляж.

Подойдя ближе, я заметила на парковке черный «Хендэ» Дуга. Что-то коротковато для бюджетного собрания. Такие обычно растягиваются по меньшей мере на пару часов. После них шеф всегда возвращался со съехавшим набок галстуком, жалуясь на то, как некоторые обожают слушать самих себя и отказываются придерживаться регламента. После чего объявлял, что не отказался бы выпить пивка.

Знай я, что он вернется до обеда, прихватила бы в ларьке его любимое сливочное мороженое.

Я вошла в редакцию, прикрыла за собой дверь и помахала бумажным пакетом с логотипом магазина деликатесов. После похвалы миссис Кук меня так и распирало от гордости. Я протанцевала по комнате.

– Охотники-собиратели вернулись!

При взгляде на коллегу улыбка сошла с моего лица. Фрэнсис сидела и промакивала платком глаза.

Обычно непринужденную атмосферу редакции сменило странное напряжение.

Я посмотрела на Дуга, потом опять на Фрэнсис. Внутри все опустилось.

– В чем дело?

Дуг переступил с ноги на ногу, пряча глаза:

– Будь добра, Леони, включи автоответчик. Нам надо поговорить.

Глава 2

Глава 2

Меня словно ударили под дых.

– Вы серьезно или шутите?

Фрэнсис подъехала на своем вращающемся стуле поближе. На костюме образовались складки, в глазах заблестели слезы.

– Сожалею, – только и смог произнести Дуг.

– Но ведь закрытие газеты…

– Не закрытие, а «слияние». – В тоне редактора слышалась неприкрытая издевка.

В голове не укладывалось. Издательская группа «Кларити» решила объединить нас с «Драммонд пост» – газетой соседнего городка, с которым, сколько себя помню, Силвер-Несс по-дружески соперничал.

Меня охватила настоящая паника. Раскачиваясь взад и вперед на стуле, я думала о том, что не зря волновалась из-за вызова Дуга в головной офис. Это было не внеурочное бюджетное собрание, а грязная бомба, которую руководство бросило в нашу жизнь.

Фрэнсис всхлипнула в носовой платок.

Я догадывалась, о чем пойдет речь, но все равно спросила. Хотя не была до конца уверена, что готова услышать ответ.

– Неужели ничего нельзя сделать? – С каждым словом мой голос звучал все отчаяннее. – Не знаю, ну, например, немного модернизировать газету. Никаких кардинальных перемен, просто чуть-чуть обновить подход?

– Леони… – вставил Дуг поникшим голосом.

– Я ведь как раз об этом думала, – продолжала тараторить я, стараясь говорить с энтузиазмом. – Можно организовать здоровую конкуренцию, подключить местных предпринимателей, чтобы сделать газету более рентабельной.

Фрэнсис всхлипнула громче.

– Или добавить рубрику «Читатель недели» и писать о тех, кто сделал что-нибудь полезное для города…

Полное отсутствие какого-либо отклика на мои идеи заставило меня наконец замолчать.

– Думаешь, я не пытался этому противостоять? Не перебрал в уме все возможные аргументы? Да я пересмотрел все наши доходы от рекламы, ознакомился с новаторскими идеями… – Дуг взъерошил свои седеющие волосы, которые так и остались торчать вверх, как у перепуганного дикого зверя. – Ничем другим не занимался, даже семью забросил, взвалил все хозяйство на бедную Шерил.

Я без сил опустилась в кресло:

– То есть ситуация безвыходная?

– Боюсь, что да.

На моем экране мигал какой-то текст, но я не разбирала слов из-за пелены подступивших слез.

– А что сделают с нами?

Понурый взгляд шефа упорно не желал встречаться с моим.

– Мне в отделе кадров предложили уйти на пенсию.

– А как насчет меня и Фрэнсис?

Коллега заерзала на стуле и, ни на кого не глядя, промямлила:

– Дуг сказал, меня оставят на полставки в новом издательстве.

– Надо же, осчастливили.

– Не идеально, конечно, – вздохнула она, – но хоть так.

– А я? – еле слышно пробормотала я. Страшное предчувствие накатило, как прилив на берег. – Что будет со мной?

Дуг скривился так, будто ему ногу отдавили. Слова полились сплошным потоком:

– Я очень сожалею, Леони. Правда, очень. Я старался как мог, просил найти для тебя должность в новой газете или даже в других издательствах. Пытался выбить хоть полставки, но все только и твердят, что про падение роста доходов и сокращения…

«Ты останешься без работы, – прошипел внутренний голос. – Вот что с тобой будет».

Виски сжало мертвой хваткой.

Дуг вещал о решении сохранить существующую квоту сотрудников в «Драммонде», но я уже ничего не воспринимала. Слова и предложения громоздились в сознании одно на другое, все с тем же неизменным убийственным результатом: меня увольняют.

Мой невидящий взгляд блуждал по нашей скромной редакции, которую я так любила, несмотря на довольно обшарпанные стены. Шеф с таким же успехом мог бы зачитывать список покупок на неделю – я была не в состоянии сосредоточиться.

– Но ведь лучше местного репортера им никого не найти, – хрипло сказала я. – Я родилась и выросла в Силвер-Нессе, никто не знает город лучше меня…

– Я и это им говорил, – подхватил Дуг. – Рассказывал, какая ты замечательная журналистка, как здорово ладишь с местными жителями, заручилась прочными контактами…

Фрэнсис встрепенулась, и ее каре в стиле ретро закрыло пол-лица. Она оборвала словесный поток Дуга:

– Так, минутку! И давно ты уже в курсе?

С его лица сошла последняя краска.

Фрэнсис выпрямилась, сидя на самом краешке стула.

– Ну?

Вид главного редактора не оставлял сомнений, что тот готов сквозь землю провалиться.

– Я правда сделал все, что мог…

То есть он уже знал, что такое может случиться? Знал, что будущее «Вестей Силвер-Несса» под угрозой?

Мы с Фрэнсис переглянулись.

– Так что же ты молчал? – выпалила я, несмотря на отчаянные усилия не выглядеть обвинителем. Дуг и без моих упреков выглядел хуже некуда.

И все-таки почему он ничего не сказал нам с Фрэнсис? Ни о чем не предупредил? Ведь называл же нас «тремя мушкетерами», чтоб ему пусто было!

Вдруг у нашего тройственного союза было больше шансов противостоять ненавистному решению?

Дуг нервно сглотнул, в лице смешались боль и стыд.

– Я надеялся, что смогу этому помешать. Думал, сумею их переубедить. Однако сэр Джон был непреклонен: в условиях общего падения тиражей местных газет и огромного количества людей, читающих новости онлайн, они просто вынуждены были так поступить.

Теперь настала очередь Фрэнсис пристыдить начальника.

– Неужели трудно было нас предупредить, Дуг? Мы бы помогли.

Шеф вздохнул.

– У вас обеих и без того забот хватало. – Он повернулся ко мне. – Ты только рассталась с Майлзом.

Я вздрогнула от воспоминания.

– А у свекрови Фрэнсис диагностировали Альцгеймер.

– Спасибо за заботу, – откликнулась коллега.

Внезапно ее как током ударило, челюсть отвисла.

– Погоди-ка… Диагноз Сары, Леони и Майлз… Все это случилось в начале года.

Дуг зашагал, как зверь в клетке, – взад и вперед перед своим столом, на котором стояли чашка с эмблемой его команды по шотландскому регби и пара фотографий Шерил – симпатичной улыбающейся брюнетки.

– Ты столько времени знал и скрывал?! – ахнула я. – Десять месяцев молчал?

С видимым усилием Дуг заговорил:

– Да, я знаю, что виноват. Облажался по полной программе. – Он извлек из ящика картонную папку и швырнул ее на стол. – Но это не значит, что я сдался и сидел сложа руки. Я пытался спасти нашу чертову газету, торчал здесь допоздна и вкалывал, а не кроссворды решал!