- Агат, я понимаю, как это выглядит, - говорит тихо, отводя глаза. - И вины с себя не снимаю. Если бы могла - все бы отдала, чтобы вернуть то время и поступить по-другому.… Меня моя свекровь накрутила. Мать Дмитрия тогда еще жива была, отношения у нас с ней всегда были сложные, тяжелые. Любила она невзначай гадость какую-нибудь сказать, да так, что и ответить не получалось. Зудела и зудела над ухом, мол, жена за мужем должна идти, да еще и Диме шипела, вот, мол, уедешь один, так жена твоя тут же хвостом на сторону вильнет, и на сына не посмотрит. Для тебя это, конечно, не довод сейчас… Но тогда времена другие были. По-другому все воспринималось. А Ромка… он всегда такой самостоятельный был, - смотрит на меня устало, виновато. - Куда Диму служить отправили… не место там сыну было. Одна-единственная школа, пара-тройка учителей на все предметы. Я знала, что он мечтает о медицинском. И если бы потерял эти два года в учебе - то не поступил бы потом. Тогда я так думала, - вздыхает, качает головой. - Да, моя ошибка и моя вина, что оставила его. Я за этот грех отвечу. Дима тоже переживал это, но не так - мужчины все-таки не женщины. Он больше нервничал, что мог сына упустить, все волновался, чтобы Ромка мужчиной вырос, не играл ничьими чувствами… Но это, видно, у него в крови.

Мы молчим пару минут. Я задумчиво разглядываю узор на скатерти и думаю, что у меня нет никакого права судить. Тем более, что и сама знаю, что это такое - подчиняться условностям, которые тебе навязывают с детства, делать так, как тебе кто-то говорит, а не так, как ты сама считаешь нужным. Причем все из лучших побуждений.

А Роман на родителей уже давно не сердится. Он вообще не из тех людей, кто будет искать виноватых или лелеять собственные обиды. И это прекрасно.

- Я понимаю, - говорю наконец негромко. - То есть… я сама никогда бы так не поступила, но понимаю, почему так поступили вы.

- Спасибо, Агат, - Маргарита Семеновна кладет свою ладонь мне на руку, ненадолго сжимает. - Я, знаешь, уже потом, когда стала старше, постепенно начала понимать. Наше поколение ведь не было таким склонным к самоанализу, какими стали вы, - грустно улыбается. - Вы сейчас знаете больше нас, и про психологию, и про воспитание, много про что еще. Но я еще когда молодая была, решила, что постараюсь быть хорошей свекровью. Не такой, как моя. Чтобы плохая традиция на мне прервалась, - чуть усмехается.

- У вас получается, - усмехаюсь в ответ.

- Так, дамы, вам не кажется, что вы тут задержались с разговорами? - на кухню заходит Роман, подходит ко мне, обнимает.

- Все в порядке, сынок, - Маргарита Семеновна встает, улыбается ему. - Мы с твоей невестой обо всем поговорили.

- И больше никаких интриг? - многозначительно изгибает брови мужчина.

- Никаких! - мы отвечаем хором и невольно смеемся.

Эпилог

Эпилог

Если бы в тот день, когда я, трясясь от волнения, в первый раз заходила в хирургическое отделение, кто-нибудь сказал мне, что я выйду замуж за главного хирурга - по совместительству друга моего детства - я бы, пожалуй, посоветовала этому кому-то обратиться к психиатру. Причем платно и срочно! А теперь вот, спешите видеть! Стою у зеркала в белом платье с безумно тяжелой юбкой и фатой, которую упорно норовит сдуть фен, работающий слишком близко.

- Любаш, ну может хватит уже? Ты мне сейчас дыру просушишь на голове! - морщусь и сквозь зеркало смотрю на подругу, которая честно пытается помочь.

- Я же стараюсь создать эффект ветерка! Чтобы ты была как с подиума! - оправдывается она и фыркает. - Вот не благодари потом, когда Князев расплачется от счастья!

- Это я сейчас расплачусь, если мы не найдем мой букет, - подбираю свои юбки, чтобы в них не вцепился Компот, крутящийся сейчас под ногами.

Кот такого же цвета, как и платье, и Любаша уже предложила взять его с собой вместо букета.

- Не смей реветь, макияж потечет! - подруга критически оглядывает мое лицо, удовлетворенно кивает. - Ты красавица! - смотрит на звякнувший мобильный и радостно кивает. - Вот, Виолетта написала, чтобы мы ехали прямо в ЗАГС, она разберется с букетом!

Судорожно вздыхаю и сажусь прямо на край комода.

- Я либо выйду замуж, либо сойду с ума….

- Сначала замуж, потом с ума, - подбадривающе улыбается Люба. - Очередность, подруга, это святое!

Все наши родители очень просили соблюсти ритуал, чтобы жених и невеста встретились только перед самой регистрацией. Вроде как примета хорошая. Мы с Ромой под уговорами согласились, но я уже жалею! И он наверняка тоже! Друг друга можно было бы хотя бы поддержать…

К месту церемонии мы с Любой подъезжаем на отдельной машине, и сразу следом за нами из еще одного авто царственно выходит моя бабуля.

- Девочка моя, ты прекрасна! - улыбается, протягивает мне букет. - Вот он, твой шедевр. Нравится?

Букет и правда выглядит идеально. Белые розы, полевые цветы, веточка эвкалипта, и все это аккуратно перевязано лентой.

- Он прекрасен.... - киваю, кое-как улыбаясь и пряча дрожащие пальцы в складках юбки. - А теперь, может, кто-нибудь напомнит мне, как дышать?

Любаша с серьезным видом встает рядом

- Давай, невеста. Носом вдох, ртом выдох, в обморок не падаем!

Я вижу его раньше, чем он меня. Роман стоит в черном классическом костюме, в котором выглядит как герой из какого-то старого фильма, нервно поправляет манжеты и бросает тревожные взгляды то в зал, где уже сидят скрипачи, то по сторонам.

А когда наконец видит меня, выдыхает и улыбается так, что все вокруг перестает иметь для меня значение. Внезапно становится неважной тяжелая юбка, шуршащая фата, музыка в отдалении… Только этот мужчина, который, не отрываясь, смотрит на меня.

- Привет, невеста, - шепчет мне на ухо, когда я оказываюсь рядом.

- Привет, жених, - улыбаюсь в ответ.

Церемония проходит быстро. Мы обещаем любить и поддерживать друг друга, целуемся под бурные аплодисменты, я слышу, всхлипывают моя мама и Маргарита Семеновна в сторонке. Любаша ловит мой взгляд и показывает мне большой палец вверх.

- Ну все, - Ромка смотрит на меня предвкушающе. - Теперь ты целиком и полностью моя, бывшая фиктивная невеста!

- Это кто еще тут чей, бывший фиктивный жених, - усмехаюсь ему. - Не надейся сбежать. Я теперь твоя санитарка по жизни.

Мы оба смеемся, и большего нам в этот день и не нужно.

___

Семь лет спустя

- Поверить не могу, что моя же собственная жена отказалась со мной работать, - в очередной, уже, наверное, сотый раз вздыхает Роман, закидывая ногу на ногу и наблюдая, как я собираю документы в сумку.

- Не начинай снова, - усмехаюсь в ответ. - Можно подумать, ты не в курсе был. Да и вообще… не хочу, чтобы ты был моим начальником.

- Я мог бы быть ласковым и справедливым.... - улыбается муж многозначительно.

- Ты? - я ехидно прищуриваюсь. - Ты бы закатывал глаза каждый раз, когда я опаздываю. А потом отчитывал при всех.

- Так я это и дома делаю! Зачем терять такую возможность?

Смеюсь, не удержавшись, подхожу к нему и чмокаю в нос.

- Ты же знаешь, что акушерство и гинекология - это мое, Ром. Да, сначала я думала о хирургии… но и там есть хирургия, просто своя, специфическая. Я хочу в родильное отделение. Мне там хорошо.

Муж снова наигранно вздыхает, но в глазах у него я вижу гордость.

- Конечно, знаю, акушер ты мой гинеколог. Иди. Но знай: если кто-то тебе там нахамит, я явлюсь и покажу им, как надо вести себя с моей женой.

Только закатываю глаза. Подумаешь, ерунда какая! Мне уже ничего не страшно. После того как на меня кто только не наезжал за последние годы… от Валерии, медсестры в хирургии, которая, к счастью, ушла в декрет - родила сынишку от Сережи, того самого охранника! - до моего же собственного папочки, который прошел все стадии от «какой кошмар, мое дитятко станет врачом» до «ты не должна посрамить нашу фамилию».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ага, а то у нас фамилия-то такая редкая. Ивановых же днем с огнем не сыщешь. Хотя я вообще уже много лет как Князева.

- Аришу там твоя мама не перекормила до состояния колобка? - спрашивает у меня тем временем муж, глядя в мобильный. - А то мои спрашивают, когда к ним внучка приедет.

Наша дочка, которой уже скоро пять, появилась не по плану - я как раз заканчивала второй курс, когда узнала, что беременна. Но при том количестве обожающих бабушек и дедушек, которые у нее были с самого рождения, проблем с ребенком у нас не было совсем. Хотя я все равно взяла академ, не желая, чтобы первый год малышка была с кем-то, кроме родной мамы. Да и потом мы с Ромой по максимуму проводили время с дочкой - до такой степени, что его и мои родители начинали спорить между собой, кто будет в следующий раз забирать ребенка.

- М-м-м-м.… у нас с тобой выходные совпадают через три дня, - припоминаю расписание. - Давай все вместе к твоим съездим.

- Отличная идея, - Роман многозначительно улыбается, подходит ко мне и обнимает. - Как насчет сходить на озеро? К нашему дереву? А потом… в баню?

- Ох.… - у меня подгибаются колени от его поцелуя.

Семь лет - а мы так и сходим друг по другу с ума. Семь лет с того самого дня, когда я, еле дыша под фатой, шла к нему под музыку. Семь лет смеха, ссор, крутящегося под ногами кота, топота детский ножек, жареных оладий по воскресеньям и бессонных ночей рядом - то жарких дома, то рабочих в больнице.