Я чувствую себя так непристойно, забавляясь на виду у всех! И да, окна пикапа затонированы настолько, что никто не сможет нас увидеть, если вам интересно. Я наклонилась вперед, чтобы поцеловать Дрейка в шею. Затем поцеловала линию подбородка. Затем губы. Люблю его губы. Сегодня у них вкус кофе и мятных леденцов, на коже — легкий соленый привкус свежего пота.

Где-то в кабине завибрировал телефон, но мы не обратили на него внимания и продолжали целоваться так, будто не виделись несколько дней. Мы скучали друг по другу, хотя начали встречаться совсем недавно. Кажется, это хороший знак?

Я двигаюсь, сидя на нем, вперед и назад, вперед и назад, стараясь не быть слишком напористой, чтобы не сделать ему больно. Эти движения опьяняют, словно он внутри меня, словно он действительно во мне. Из груди Дрейка вновь вырвался стон, он откинул голову назад и прислонился к подголовнику. Я так сильно хочу, чтобы он был внутри меня, так сильно.

— Боже, как приятно, — прошептал он, закрыв глаза от удовольствия.

— У тебя есть презерватив?

— В держателе для стакана.

— Держателе для стакана? Какого черта?

Его смех гулко отдался в моей груди.

— Я никогда не был бойскаутом, но знаю достаточно, чтобы быть готовым[22] — просто на всякий случай.

— Это понятно но… держатель для стакана?

— Разве ты не знаешь, что нельзя хранить его в бумажнике? Если он нагреется, то может испортиться. А я не планирую никого осеменять в ближайшее время. Никаких детей, пока я без работы.

Странно, но при мысли о том, что он войдет в меня и сделает ребенка, я завожусь еще сильнее. И да, я тоже не готова к детям, но, черт возьми, он так сексуально говорит о беременности. Дрейк определенно разбирается в контрацепции лучше, чем я.

Он разорвал упаковку, чтобы достать презерватив, спустил бóксеры и надел его, а затем расположил меня так, чтобы оказаться возле моего входа. Я начала двигаться сверху и тут же стала горячей и влажной. Скольжу по нему.

Назад…

Вперед…

Назад…

Вперед…

Чувствую, как он входит в меня по одному горячему твердому сантиметру зараз.

Дрейк

Я знаю, что она влажная, потому что легко вхожу и выхожу из нее, а тепло, стекающее по моему бедру, говорит о том, что Дейзи не так невинна, как подразумевает ее имя[23].

Черт, оказывается я люблю секс в машине. Почему я никогда не делал этого здесь раньше?

Так узко. Так влажно. Так хорошо. Я принадлежу ей и буду ласкать ее каждый раз, когда она возбудится, — она тоже принадлежит мне.

Неромантично, придурок, она бы отшлепала тебя, если бы услышала. Ага — и тебе бы это понравилось.

Ее роскошная грудь подпрыгивает перед моим лицом, когда Дейзи двигается сверху, так ловко лаская меня ниже пояса, будто знает мое тело лучше, чем я сам. Ей едва хватило места, чтобы сесть прямо, но она умудрилась сделать это, слегка откинувшись назад и заведя одну руку за спину. Другой рукой она сжимает меня все сильнее.

— О черт, не делай этого.

— Почему? — простонала она.

О черт… О черт…

— Потому что я от этого к-кончу…

Черт, я хочу этого.

Это будет так приятно, я уже знаю, что после буду ходить боком и дрожать целый час. Дейзи не послушалась. Она продолжала сжимать меня рукой и активно двигаться, словно мы на техасском родео.

Не могу поверить, что все это время она была у нас с братом прямо под носом. И ни один не замечал ее. Чертовски сексуальная. Чертовски острая на язык. Моя.

— Дейзи, — прошептал я.

Я едва могу сказать что-то, мозг почти не работает, она контролирует все мое тело. Она пользуется мной, и я наслаждаюсь каждой секундой…

Клянусь Богом, пикап раскачивается. Черт меня побери, если это не так.

— Я сейчас к-ко…

— Давай, — требует она, сжимая бедра еще сильнее, сжимая меня.

— Боже, мне так хорошо!

Нужно, чтобы она тоже кончила. Я не хочу быть козлом, который…

— О, ДА… да… не останавливайся, прямо тут, — стонет она с закрытыми глазами, прикусывая губу. — Не останавливайся, блин.

Ни за что.

Эпилог

Эпилог

Дрейк. Детка, ты уже соскучилась?

Дейзи. Разумеется, думала о тебе все выходные.

Дрейк. Ты хотя бы посмотрела игру?

Дейзи. Конечно, посмотрела! Ты так мило выглядишь в своем маленьком шлеме!

Дрейк. Мило?

Дейзи. МИЛО…

Дрейк. Чем еще занималась, пока меня не было?

Дейзи. Э-э, разговаривала с тобой? Прошло всего 24 часа, ты же не на Луну летал. Ты был в Мичигане…

Дрейк. Да, но все же.

Дрейк. Я все еще привыкаю к тому, что есть кто-то, кто ждет меня дома.

Дейзи. В смысле? Мы вместе уже почти пять месяцев…

Дрейк. Эй! Мы можем отметить это сегодня!

Дейзи. Лол, нам необязательно отмечать.

Дрейк. Ты не поняла. Я имел в виду «ОТМЕТИТЬ».

Дейзи. Это наше новое кодовое слово для обозначения секса?

Дрейк. Очевидно. Только если ты не хочешь называть это как-нибудь иначе. «Развратничать» хорошо звучит.

Дейзи. Э-э, отвратительно. От этого слова меня тошнит.

Дрейк. Что хуже: развратная или влажная?

Дейзи. Серьезно?

Дрейк. Мне нравится эта игра.

Дейзи. Нет, тебе нравится игра «давай разденемся».

Дрейк. ВСЕ любят игру «давай разденемся»! 10 из 10. Я рекомендую, потому что, несмотря ни на что, ты всегда в выигрыше.

Дейзи. О черт! Кто-то только что позвонил в дверь, подожди.

Дрейк. Кто бы это мог быть в девять вечера?

Дейзи. Я сказала, подожди! Не отключайся на случай, если это грабитель.

Дрейк. Это НЕ грабитель…

Не знаю почему, но Дрейк, прячущий за спиной огромный букет красных роз, — последний, кого я ожидала увидеть на пороге.

— Это ты! — Я схватила букет словно дикарка, а мои губы немедленно устремились к его губам. — О боже, я так сильно скучала по тебе!

— Детка, я тоже скучал по тебе.

Он пахнет мылом, будто только вышел из душа, а еще потной спортивной сумкой, которая, я уверена, лежит в его пикапе. От запаха мужской раздевалки не избавиться.

Я немного отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо, но руками все еще обнимала его за талию.

— Улыбнись, если это ты, а не твой брат-близнец.

Улыбка Дрейка озарила вечернюю темноту, и я увидела маленькую щербинку между зубов. Люблю ее больше всего на свете!

— Ты как ребенок, — рассмеялся он. — Ты собираешься впустить меня внутрь?

Я хихикнула от такой двусмысленности. Серьезно, смотрите, в кого он меня превратил! Мы зашли в дом, Дрейк забрал розы у меня из рук и положил их на кухонный стол позади меня. Его руки обвили мою талию, словно мы танцуем.

Он поцеловал меня в губы:

— Я люблю тебя, ты в курсе?

Дрейк впервые произнес эти слова, и мое сердце почти перестало биться. Он только что сказал, что любит меня.

— Я тоже тебя люблю, — тихо прошептала я, сглатывая ком, образовавшийся в горле.

Дрейк нахмурил брови:

— Почему у тебя такое странное лицо?

— Какое?

Это не странное лицо, это эмоции! Он только что впервые сказал, что любит меня! Как еще должно выглядеть мое лицо?!

— Ты такая милая, когда пытаешься вести себя серьезно. — Дрейк поцеловал меня в кончик носа так буднично, словно он только что не ошарашил меня, будто те три слова — пустяк. — Это напоминает мне выражение твоего лица во время нашей первой встречи.

— Ты имеешь в виду тот вечер, когда ты притворялся Дрю и жутко раздражал меня?