Ей было бы так легко сделать приятно, что я, черт возьми, почти чувствую это.

Пухлые губы вечно ржаво-красного цвета приоткрываются.

Я позволяю своим пальцам скользнуть ниже.

Она подсознательно наклоняет голову набок, предоставляя мне доступ к шее; в ее взгляде я читаю надежду.

Достигаю ее ключицы, пропускаю прядь шелковистых светлых волос между пальцами. Заставляю свой взгляд смягчиться.

Каждый дюйм ее тела расслабляется.

Как я и хотел.

– Собираюсь трахнуть тебя, красавица, – шепчу я, и от злости мой пульс учащается, потому что, черт возьми, это так и есть. – Очень хочу.

Она во все глаза смотрит на меня.

– Я думал об этом неделями, – признаюсь я и слегка дергаю ее за прядку. – Хочу уложить тебя в свою кровать, запустить руки в твои волосы и прижать к себе.

Именно это я и делаю, только мы не в кровати, а в коридоре.

Она тает, когда я утыкаюсь лицом в изгиб ее шеи, обхватывает мои бицепсы.

– Хочу поцеловать твою шею… вот так.

Провожу губами по ее коже и чувствую, как она дрожит.

Скольжу губами выше, обратно к мочке ее уха, и мне приходится сдерживать себя, чтобы не попробовать ее на вкус.

– Хочу раздеть тебя… Взять тебя… обнаженной.

Она громко сглатывает.

Кладу руки на стену, прижимаюсь всем телом. На ней нет лифчика, и через ночную рубашку я ощущаю набухшие соски. Приходится сжать бедра, чтобы не зацикливаться на этом ощущении.

– Хочешь знать, что бы я сделал дальше?

Ее ответ – тихий стон.

– Я бы перевернул тебя и вошел сзади.

Она кивает, затаив дыхание.

– И как только я окажусь внутри… – Я опускаю ладони на изгиб ее аппетитной задницы. – И как только я окажусь внутри, ты будешь умолять меня без слов, чтобы я не останавливался. А я… Я доберусь до твоих волос, возьму их в кулак и натяну. И, Виктория, детка…

Она дрожит, ее ногти впиваются в мои плечи.

– Я бы смотрел тебе в затылок… воображая, что трахаюсь с другой. С блондинкой, но другой.

Она каменеет.

Не дышит, не смеет пошевелиться.

Долгое мгновение я удерживаю ее, прежде чем оттолкнуть, затем делаю шаг назад и пригвождаю ее ледяным взглядом.

– На случай, если ты не знала. Светлые волосы достались моей дочери не только от меня, – говорю без эмоций.

Кажется, что она никогда не отлипнет от этой стены.

– Ее мать звали Мэллори, и волосы у нее были такими же длинными, как у тебя.

Наклоняю голову и рассматриваю ее.

– И она такая же блондинка. Может быть, немного другой оттенок, чуть больше блеска, – бессердечно добавляю я.

Ее глаза темнеют.

– Если это то, что тебе нужно, сделай это. – Она отрывается от стены и встает передо мной. – Ты хочешь обмануть себя, хочешь, чтобы я на пару ночей стала ею, – что ж, я в игре. Используй меня.

У меня вырывается мрачный смешок.

– Использовать?

– Я к этому привыкла.

– Не со мной.

Мышцы на ее лице подергиваются, когда она готовится огрызнуться.

– Я сказала, что не возражаю.

Она не отстраняется, когда я протягиваю руку, чтобы заправить ей волосы за ухо. Мой пристальный взгляд изучает ее лицо.

Эта девочка практически не контролирует себя, когда дело касается меня.

Много времени, чтобы полностью снять ее контроль, не потребуется

Наклоняюсь и выдыхаю ей прямо в губы:

– Виктория Вега… – Такая. Хорошенькая. Маленькая. Лгунья.

Глава 2

Глава 2

Виктория

Маленькая лгунья.

Слова Кэптена звучат в моей голове с тех пор, как он прошептал их в темноте.

Неужели я лгунья?

Простой ответ – да, но кто так просто станет делиться секретами?

Возможно, я выросла в другом мире с другими правилами и понимаю доверие совершенно по-особому, не так, как они, но я знаю кое-что получше, чем открываться перед каждым. О нет. Я своими глазами видела, что происходит, когда ты так делаешь, и хорошим это никогда не заканчивается.

Даже самые сильные становятся слабыми перед единственным своим злейшим врагом, а умные точно знают, где кроется смертельная угроза – глубоко в твоем сознании.

Нет ничего более опасного для человека, чем то, что скрыто внутри него.

Секреты крадут нашу человечность, лишают нас богатств, которые не измеряются деньгами, мешают жить своей жизнью, и все же секреты – это то, что заставляет таких, как Брейшо, быть осмотрительными.

Время от времени все скрытое просачивается наружу, и самое слабое звено обязательно выходит из строя.

Я говорю не о тех, кто живет в этих стенах. Просто сделала такой вывод, наблюдая за многими.

А Брейшо, эти мальчики, эти братья, – они одинаково сильны… Но они такие разные во всех отношениях.

Мэддок – самый грозный из них. Зеленое стекло его глаз и темные волосы создают, я бы сказала, зловещее очарование. Он даже более опасен, чем кажется. Его взгляд заставляет подвергать сомнению все, о чем ты думаешь.

Ройс – татуированный задиристый тусовщик. Он никогда не успокаивается настолько, чтобы остановиться, он все делает бездумно, но каким-то образом каждое его движение имеет цель. У Ройса закаленное сердце и крепкие кулаки, он улыбается, когда наносит кому-то удар, неважно, физический или удар по самолюбию. И сколько бы он ни улыбался, темнота в его глазах никогда не проясняется.

А еще есть Кэптен.

Кэптен… Он как будто создан из самых глубоких желаний моего собственного сердца и разума.

И я даже не подозревала об этих желаниях, пока не увидела его карибские глаза – идеальное сочетание зеленого, синего и голубого, да еще и оттенки постоянно меняются.

Высокий, с широкими плечами и мускулистыми руками – его сила несомненна.

Соединить все это с песочно-белыми волосами, и он станет идеальным Кеном, другом Барби.

Но Кен – это всего лишь кукла, пустышка, а личность этого красавчика Кэптена излучает такое сильное притяжение, от которого я пыталась убежать с того самого момента, как ощутила его, но убежать так и не смогла.

Кэптен любознательный, как и я. Видит то, что видит, взвешивает и анализирует увиденное, а потом принимает решения. Его привычка думать, прежде чем действовать, делает его самым опасным из братьев, по крайней мере, для меня. И он такой же неприкасаемый, как они.

Мейбл была с ними с самого начала, растила их, направляла на избранном пути, наблюдала, как ее мальчики становились такими, какими они стали сейчас – сильными и уверенными в себе.

Брейшо.

Да, они пока что старшеклассники, но они гораздо, гораздо больше.

Они – люди власти, которую они унаследовали и заработали; к ним проявляют уважение за то добро, которое они делают, и их боятся, потому что они – сила, и они беспощадны к тем, кто сеет зло, которое они устраняют.

Брейшо раскрашивают кошмары своим существованием.

И буквально только что официально захватили власть в этом городе. В их городе.

Мои легкие расширяются с глубоким вдохом, и я снова опускаю голову на плюшевые подушки.

Я ни хрена не могу заснуть: уже несколько часов сижу на балконе, пялюсь на эти чудовищные деревья, окружающие особняк, и думаю, думаю, думаю. Но это пустая трата времени. Мне не пришло в голову ни одного способа сделать все гладко и просто, ни одного способа, который не повлек бы за собой целый ряд новых сложностей.

Будь это кто другой – нет проблем. Я же непотопляема – на меня давят, а я принимаю все спокойно, работая над исправлением того, что я – вроде как случайно – сломала.

Но это – Брейшо. И, конечно, меня пугает, что их четверо: Кэптен, Ройс, Мэддок и Рэйвен, она тоже Брейшо, и я это знала с самого начала. Да и еще Ролланд. И Зоуи…

Брейшо – это команда, это семья, а я никто, и по сути бездомная. С этим я легко могла бы справиться, но то, что с ним Зоуи, меняет все.

Я должна доказать, что это и мой дом тоже. Раньше я бы и не подумала навязываться. Это было бы смешно и хреново, и они бы никогда не допустили такого. Но теперь, когда Зоуи здесь, все изменилось, и мне нужно найти способ, чтобы доказать им, что я не чужая среди них, что это не корыстные расчеты блондинки, желающей попасть в семью, которая правит этим городом.

Нет. Мое появление в их доме и их семье предопределено судьбой, я чувствую это.

Не уверена, понимают они это или нет, но следующие несколько месяцев будут точно тяжелыми для всех. Я не сомневаюсь, что Зоуи мгновенно освоилась, по-другому и быть не могло, но у старших Брейшо все равно будет какой-то период адаптации. Тем более что они функционируют как единое целое. Не только Кэптен столкнется с новыми испытаниями как отец, но и его братьям достанется.

Однако в этом есть и хорошее: Брейшо будут расти, и расти быстро. Не то чтобы они когда-нибудь были по-настоящему подростками, без особых мозгов в голове, нет. Это часть пути Брейшо – рано взрослеть, жениться сразу после окончания школы и так же быстро производить на свет наследника.

Может быть, из-за этого у них преимущество, поскольку управление городом подразумевает, чтобы они были сильными всю свою жизнь, но тут трудно сказать наверняка.

Все, что я знаю, – это то, что, хотя Зоуи пока что мала и определенно не понимает каждую мелочь, она умна и схватывает все на лету. Ей не потребуется много времени, чтобы понять, что ее новый дом – и мой тоже, и она будет искать моего внимания.

Что я должна делать, когда она это поймет? Уйти?