В холле было немноголюдно. Время обеда еще не наступило, часовая стрелка на циферблате медленно принимала вертикальное положение. Белый тихо поздоровался с прошедшими мимо коллегами и вошел в правое крыло. Нужный ему кабинет показался сразу, и он коротко постучал в дверь.

Получив приглашение войти, Александр Белый сделал это и, поздоровавшись с начальником, протянул ему папки с делами. Рудско́й Дмитрий Витальевич, крупный пожилой мужчина, которому уже несколько лет как следовало быть на пенсии, принял материалы и бегло пробежался взглядом по их содержимому.

Молодой следователь посмотрел на русые волосы пожилого начальника. Раньше он, как и остальные, ломал голову над тем, как в шестидесятилетнем с хвостиком возрасте мужчина может избежать седины, не ходя в салон на окрашивание, но теперь был абсолютно уверен в своей догадке. «С Антона косарь», – подумал Александр Белый, внимательно рассматривая голову притихшего начальника. В косом проборе Рудского он заметил серую полоску отросших корней и не сдержал улыбки.

– Я сказал что-то смешное? – резко одернул его начальник.

– Нет, товарищ генерал-лейтенант, – поспешно ответил Белый. – Я могу идти?

– Пока да. Так… Я посмотрю отчеты и направлю вам материалы из архива. Если найдете что-то достойное внимания, дайте знать.

– Хорошо, товарищ генерал-лейтенант.

– Вы свободны.

Коротко поблагодарив начальника, Белый вышел и осторожно закрыл за собой дверь. Он вступил в должность в августе, и в ходе первого же расследования возмутился господствующими в отделе порядками. Но теперь не испытывал страха или презрения по отношению к Рудскому. Мужчина был строгим, но справедливым.

Александр Белый поморщился, вспоминая, что месяц назад планировал оставить работу, которой хотел заниматься всю свою сознательную жизнь, лишь из-за того, что его подтвержденная только интуицией теория была встречена коллегами в лучшем случае со скепсисом, в худшем – насмешками. В итоге все оказалось тривиально. Но никто, кроме Белого, не догадался об этом. И вклад Алисы в расследование, ее сны и действия, было сложно недооценить. Мысль о ней вызвала невольную улыбку на его лице.

Телефон в кармане брюк издал звук уведомления. Александр Белый достал его и прочел новое сообщение. «Вспомнишь солнце, вот и лучик», – подумал он, продолжая улыбаться, и написал ответ. После вернулся в кабинет, накинул куртку, взял ключи от машины и снова вышел.

На улице было холодно. Пока он шел к служебному автомобилю, на светлую неприкрытую голову упало несколько маленьких снежинок. Александр Белый сел за руль, пристегнул ремень безопасности и завел двигатель. Вырулил на дорогу и поехал навстречу к той, что заставляла его сердце биться чаще и вызывала в нем всепоглощающую нежность.

III

Она стояла на холоде, нервно топая ногой и пряча ладонь в карман кожаной куртки. Свет фонаря освещал дорогу, газон, мусорный бак и широкое многоэтажное здание по правую руку от нее. Девушка покачала головой и поднесла к накрашенным помадой губам сигарету, зажатую между тонкими пальцами с кислотного цвета маникюром. Затянулась. Задержала дыхание, смакуя горький вкус на языке. И наконец выдохнула тонкую струйку дыма.

– Сука, где его черти носят? – выругалась она, достав телефон из кармана, и снова затянулась сигаретой. – Пятнадцать минут прошло. Единицу влеплю этому Чингисхану.

На мерцающем экране отобразилось уведомление: «Водитель по заказу на 23:29 ждет вас!» Она подняла голову и осмотрелась. В сотне метров, у выезда на главную улицу, стоял автомобиль.

– Да он издевается… – прошипела девушка и сделала последнюю затяжку.

Проходя мимо мусорного бака, выкинула окурок и поправила воротник куртки, откидывая светлые желтые пряди за спину. Она подошла к машине, открыла переднюю дверь и уселась на пассажирское сиденье. Водитель тихо поздоровался, но девушка тут же перебила его, возмутившись:

– Вас сколько ждать можно? Я тут на холоде двадцать минут простояла! И почему вы не удосужились к подъезду подъехать? Я точку что, для красоты указала? Или как?

– Простите. Там долго это… – сказал с сильным акцентом темноволосый мужчина и почесал бороду, – как это называется…

– Что называется? Язык учить нужно сначала, а потом переезжать в другую страну…

– Выезд плохой – вот. Пова… ворот…

– Ой! Да заткнись ты уже, и поехали, – сказала она, махнув рукой. – Я из-за тебя опаздываю. Двигай уже!

– Хорошо. Простите снова.

Водитель повел машину в указанном навигатором направлении. Девушка откинулась на сиденье, достала телефон и стала быстро набирать сообщение. Ее длинные ногти при соприкосновении с экраном издавали цокающий звук, который неприятно бил по ушам.

Он остановился на перекрестке, посмотрел на светофор и хрустнул пальцами. Девушка громко вздохнула и зло покосилась на него. Водитель сделал вид, что не заметил этого. Прокрутил карту на экране открытого в телефоне навигатора, смотря, сколько километров до пункта назначения.

– Зеленый, – сказала девушка и закатила глаза.

Мужчина удивленно посмотрел на нее.

– Светофор зеленый! – громче повторила она, махнув рукой на лобовое стекло. – Олень…

Водитель молча положил ладони на руль и поехал дальше. До того в салоне автомобиля он чувствовал себя комфортно, но эта заказчица принесла с собой запахи сигарет и тошнотворно сладкого парфюма. Мужчина мысленно успокаивал себя тем, что через несколько часов окажется дома, где его будет ждать горячий суп, сонная жена и бесшумно работающий телевизор.

– А можно побыстрее как-то?

– По навигатору ехать так, – ответил он.

– Треш. На автобусе и то быстрее было бы…

Водитель стиснул руль и сильнее вжал педаль газа, ускоряя автомобиль. Девушка поднесла телефон к губам и начала говорить:

– Короче, Дим, опоздаю, похоже. Еду на такси. Задолбалась ждать…

Мужчина выдохнул через нос и почувствовал, как затряслись плечи от напряжения. Он ощутил неприязнь к своей пассажирке. А она продолжала громко говорить, то ли специально провоцируя его, то ли делая это неосознанно. С каждым ее словом внутри него разрастался обжигающий внутренности гнев, который в любую секунду готов был вырваться на свободу и обрушиться на ничего не подозревающую девушку.

Глава 2

Глава 2

Холод Незнания терзает когтями безумия.

I

– Как ты себя чувствуешь?

Алиса пристегнулась, сняла шапку и провела ладонью по лбу. Белый выехал с парковки на дорогу и не мог перестать улыбаться.

– После вчерашнего? – уточнила она.

– В том числе, – сказал Александр с кивком.

– Не очень. Все еще трясет. Я больше не хочу туда возвращаться, – призналась Алиса. – Надеюсь, и не придется.

– Не могу этого обещать. Но я благодарен, что ты дала показания. Представляю, какой это для тебя был стресс… После всего случившегося…

– Даже не знаю, что было страшнее: почти умереть в том проклятом лесу или отвечать на вопросы в суде. Как по мне, разницы никакой.

– Прости…

– Ты не виноват, – сказала Алиса. – Просто это все выбило меня из колеи… Ты ведь не знаешь, но… До этого я целыми днями сидела дома. Разве что выходила в магазин и в кофейню иногда, но… – сказала она и умолкла.

– Заедем за кофе? – попытался сменить тему Белый.

– Нет. Я… Ну, ты понимаешь…

– Прости, я забыл. Вы дружили? – в голосе Белого слышалось искреннее сочувствие.

– Можно и так сказать. Он всегда был рад меня видеть, и… – Алиса сглотнула и закрыла глаза.

– Я понял. Давай сменим тему, – предложил Александр Белый, включая поворотник на светофоре. – Как прошла встреча с врачом?

– Хорошо. Теперь я буду ходить к нему чаще.

– Он сказал, что думает о письме?

– С его стороны было бы не совсем профессионально давать свою оценку. Николай Александрович предложил не думать об этом. И сосредоточиться на здоровье. А у вас в отделе что-нибудь нашли по нему?

– Хотелось бы мне ответить «да», – признался Белый и улыбнулся. – Но, к сожалению, я во всех этих технических тонкостях не разбираюсь… Если кратко, то вычислить адресата не получилось.

– Может, я бы поняла что-нибудь…

– Возможно. С твоей-то специальностью, – ответил Белый и замолчал, поворачивая руль. – В прошлый раз институтские знания пригодились. Даже я не смог решить эту задачу с шифром.

– У меня был очень строгий учитель криптографии, – сказала Алиса и позволила себе легкую улыбку. – Все время ходил в одном свитере и много шутил на лекциях. Но на практике был неумолим. Кто первый решал задачу – мог рассчитывать на оценку. Кто не успевал… Это была уже не его проблема.

– И ты решала первая?

– Ха, – усмехнулась Алиса. – Я очень медлительный человек. Мой мозг не успевал переваривать столько информации. Каждую пару изучать новую тему, новые шифры, решать десятки задач на практике… Я помирала от количества информации.

– Однако не зря.

– Несколько пересдач, зубрежка – и все окупилось. На второй раз мне попались легкие задания, и я получила свою честно заслуженную пятерку. Это было совсем недавно. На последнем курсе. Так… А что известно про второе письмо?

– То же самое. Антон – мой коллега из техотдела – сравнил данные и сделал вывод, что в обоих случаях использовался VPN. Но сервера разные. Не знаю, скажет ли тебе это о чем-то.

– То есть это может быть как один человек, так и разные, – сказала Алиса. – Похоже, Николай Александрович прав, стоит просто забить и заняться реабилитацией. Но я не знаю, смогу ли это сделать…