– Не тебе говорить, какая я, – рявкает в ответ бывшая подруга Амелии.

– Ты плакала передо мой и Амелией, умоляла о помощи лишь для того, чтобы загнать нас в ловушку. Однако вы все настолько глупы, что не поняли: в ловушку угодили вы сами, а не мы! – злобно кричу я и, расстегнув рюкзак Джареда, достаю пистолет и тут же выстреливаю в землю, недалеко от ноги Джордана.

После этого начинается драка. Джордан приказывает друзьям стоять на месте, беря с собой только двоих парней и Нелли. Мы носимся вокруг забора, иногда ударяясь об него.

Я нападаю только на Джордана, потому что лишь он меня и интересует. Наши пистолеты и дубинки валяются где-то на земле, пока мы бьем друг друга, не жалея сил. Ударив Джордана в живот с ноги, я слышу, как он резко вздыхает. Толкнув его, заваливаю на спину. Я бью мерзавца за Амелию и Блейна, за то, что он хотел забрать у меня то, чем имею право владеть только я. Амелия может быть только со мной. Только о моих руках и губах ей позволено мечтать. С каждой такой мыслью я луплю Джордана еще сильнее. Но вскоре он собирается с силами и скидывает меня с себя, после чего сразу же бьет в челюсть.

– Ты думаешь, что такой крутой, да? – кричит Джордан, когда мы поднимаемся на ноги. – Ты ни хрена не крутой, Крамберг! – Тут он смеется и злобно рычит: – Я получу твою шлюшку, чего бы мне это ни стоило. Уверен, она умеет громко стонать.

Я снова набрасываюсь на него и ударяю по лицу так сильно, что у меня начинает болеть рука. Я жажду его убить. Мне безумно хочется, чтобы он захлебывался своей кровью.

– Я прикончу тебя, Джордан! – ору я, схватив его за волосы и ударяя головой об землю. – И закопаю, как жалкую псину, о которой никто не вспомнит!

Меня не волнует, что происходит сейчас у Джареда и Деза, я мечтаю о том, чтобы Джордан истекал кровью.

Когда он снова откидывает меня, я тут же вскакиваю, желая вновь наброситься на него, но резко останавливаюсь. Парень, схватив пистолет, который валялся недалеко от его головы, направляет дуло на меня.

– Ну что, теперь ты не такой всемогущий? – спрашивает он.

– А ты чувствуешь себя сильнее? Без оружия и тех остолопов ты – никто!

Он сжимает губы и стреляет в небо, прежде чем снова направить пушку на меня. Сказать честно, мне становится страшно, ведь я тоже человек, который хочет жить. Но я не показываю свой испуг и волнение. Если Джордан увидит их на моем лице, сразу поймет, что побеждает.

– Может, ты и прав. Но оружие и нужно для того, чтобы чувствовать себя сильнее, чтобы обезопасить себя от таких бешеных идиотов, как ты.

– Так почему же ты не возьмешь и не убьешь меня сразу? Одним нажатием на спусковой крючок? – спрашиваю я, незаметно вытирая вспотевшие руки об одежду.

– Зачем мне это? Если я убью кого-то из твоих друзей, так будет больнее твоему жалкому сердечку. Но, если ты все же попробуешь накинуться на меня, я выстрелю, – подмигивает мне Джордан.

Когда Нелли подходит к нему со спины, я чуть ли не вскрикиваю от неожиданности, потому что она бьет его по голове рукояткой пистолета.

Повернувшись, я вижу, как Дез и Джаред борются сразу со всеми ребятами, которых привел Джордан и которые успели потерять маски. Однако некоторые уже лежат без сознания, как и сам Джордан после удара Нелли.

– Прости, – говорит она и вдруг обнимает меня. – Это была часть моего плана, я не собиралась причинять никому из вас боль, и мои слезы не были притворством.

Все еще в полном шоке, я кладу одну руку ей на талию, а второй похлопываю по спине.

– Да ты сама мисс Неожиданность, – ухмыляюсь я и выпускаю девушку из своих объятий.

– Может быть, – улыбается она широкой и искренней улыбкой, – но сейчас нам надо помочь остальным.

Кивнув, я поднимаю пистолеты, после чего следую за Нелли. В сознании находятся еще пять человек, а Джаред и Дез выглядят чертовски побитыми.

Я хватаю первого попавшегося под руку парня за шкирку и откидываю.

С этими ребятами легче бороться, чем с Джорданом. Он намного сильнее и крупнее их. Однако мой новый противник тоже не пальцем деланный. Пару раз я нехило получаю в живот и в ухо.

– Бесите! – рычит он. – Будь моя воля, застрелил бы каждого.

– Твоя воля находится в руках другого? – тяжело дыша, спрашиваю я. – В руках этого придурка Джордана?

Парень это никак не комментирует. Вместо ответа он еще раз накидывается на меня, беспощадно сбивая с ног. Я больно ударяюсь об какой-то камень и, кажется, расцарапываю себе всю спину.

Свет фар ослепляет нас. Запрокинув голову, я вижу знакомую машину и довольно улыбаюсь.

Это Блейн.

– Ну что, ребята, готовы наложить в штаны? – кричит он нашим обидчикам и рвется вперед, снося с ног сразу двоих одним движением.

Блейн участвовал в боях без правил и всегда побеждал. Силы и выносливости в нем столько, что любой позавидует. Он также единственный из нашей компании, за кем действительно бегают девчонки. Но Блейн достаточно замкнут в себе, чтобы начать с кем-нибудь встречаться. Иногда вместо вечеринок он выбирает свою комнату, где закрывается с книгой в руках.

– Где Амелия? – кричу ему я, наконец-то вырубив того, с кем дрался.

– Внутри, – отвечает он и, увидев, как я смотрю на его автомобиль, добавляет: – Иди.

– Я не могу вас бросить, – слабо протестую я.

– Ублюдков осталось немного, мы справимся. Ты нужен ей сейчас, она не в самом лучшем состоянии.

И тогда я срываюсь с места.

Она не в самом лучшем состоянии…

Что они сделали? Я убью каждого, кто к ней притронулся. Для полного счастья не хватало, чтобы Амелия получила какую-то психологическую травму от всего пережитого.

Открыв заднюю дверцу машины, я сразу же вижу ее. На ней спортивная кофта Блейна, которая сползла с одного плеча, обнажая загорелую кожу. Амелия спит, привалившись лбом к стеклу и поджав ноги. Она кажется такой ранимой, такой беззащитной.

Забравшись внутрь, я закрываю дверь и потихоньку прижимаю девушку к себе. Когда она, нахмурившись, поворачивает лицо, я вижу на ее щеке глубокий и длинный порез. Амелия ранена.

– Ник? – хрипло произносит она, утыкаясь носом в мою одежду.

– Да, – шепчу я, целуя ее в лоб и убирая за ухо выбившуюся из хвоста прядь.

– Я узнала тебя по запаху, – даже по голосу я понимаю, что она улыбается. И мне тоже хочется улыбаться.

– Это хорошо. Я рад, что ты замечаешь такие мелочи.

– Это не мелочь. У тебя самый вкусный запах на свете. – Она поднимает голову и снова растягивается в улыбке.

Амелия неожиданно тянется своими губами к моим. Я не против, поцелуй позволит мне вновь почувствовать, что она только моя.

Склонившись, я кладу пальцы на ее подбородок и кусаю за нижнюю губу, прежде чем отдаться поцелую.

– Ты моя, – говорю я, вспомнив слова Джордана, а после впиваюсь в нее с такой страстью, что Амелия испуганно вздыхает.

– Тебя неплохо помяли, – говорит она между поцелуями.

– У тебя есть шанс утешить меня.

– Обязательно сделаю это, как только мы окажемся в комнате общежития, – шепчет Амелия.

Смотря в ее глаза, я пытаюсь понять, что происходит. Амелия словно с цепи сорвалась. Пока я держу ее, она пытается выбраться из моих рук и продолжить ласки.

– Что ты имеешь в виду? – интересуюсь я, любуясь тем, как тяжело вздымается ее грудь.

– Только не говори, что не понимаешь. Ник, ты побежал спасать мою подругу, ты добр ко мне, я не могу постоянно оттягивать момент нашей близости. Мне это нужно, я хочу целовать тебя. Каждую часть твоего тела.

Ее слова дают должный эффект. Амелия – именно то, в чем я нуждаюсь больше всего. После такой насыщенной ночи она необходима мне… обнаженная… горячая…

Вокруг все пропитано страстью. Только к Амелии я испытываю такие чувства.

Когда я хочу оторвать ее от себя и выйти к друзьям, чтобы посмотреть, как дела, и помочь им в случае чего, дверь со стороны водителя открывается и на сиденье падает тяжело дышащий Блейн.

– Нелли поедет вместе с Джаредом и Дезом, – докладывает друг. – Мы вырубили всех, осталось написать заявление в полицию. Фластер согласилась сделать это.

Я киваю, когда он смотрит на меня через зеркало заднего вида, и тяну Амелию к себе колени. Она не сопротивляется и вскоре кладет голову на мою грудь.

Я закрываю глаза, отдаваясь треку, который врубает Блейн. Я безумно устал от всей этой чертовщины. 

* * *

После того как мы приезжаем из полицейского участка, сразу же заваливаемся в комнату Амелии и Нелли. Сдвинув кровати, мы сооружаем одну большую и умещаемся на ней вшестером. Как ни странно, каждому хватает места. Я прижимаю к груди Амелию и, зарывшись в ее волосы, вырубаюсь.

Открыв глаза, я вижу, как Амелия пытается развернуться. Хихикнув от этой милой картины, помогаю ей. Когда она оказывается ко мне лицом, я провожу большим пальцем по пластырю на ее щеке и закрываю глаза.

– Ник, – тихо произносит она, пытаясь не разбудить всех, кто спит рядом.

– М?

– Обними меня крепче, я замерзла.

Сигарета двадцать четвертая

Сигарета двадцать четвертая

Амелия

Как приятно просыпаться в объятиях теплого тела и крепких рук. Ник заменяет мне одеяло в буквальном смысле этого слова. Мы сплелись руками и ногами, словно это наш последний шанс прикоснуться друг к другу. Я совсем не жажду размыкать наше объятие и готова пролежать так вечность. Но это невозможно хотя бы потому, что за моей спиной начинает кто-то ёрзать, и этим кем-то оказывается Блейн.