– Мы правда идем в центр? – спрашиваю я, когда мы выходим во двор.

Отовсюду доносятся взрывы фейерверков. Даже наш, по российским меркам небольшой и небогатый, городок в эту ночь освещается яркими вспышками и расцветающими в небе огнями.

– Почти, – отвечает Андрей.

Он крепко держит меня за руку, словно старается как можно лучше выполнить наказ бабушки.

На центральных улицах толпы. Народ зажигает бенгальские огни, катается на санках и ватрушках, бесится, празднует. Удивительно, но я не вижу ни одной пьяной или подозрительной компании и вскоре расслабляюсь. Всеобщая атмосфера веселья захватывает и меня.

Вскоре становится ясно, куда мы идем.

– Зачем нам в кофейню? – Я безуспешно пытаюсь выяснить у Андрея подробности.

Но он только загадочно улыбается и молчит.

Интуиция кричит: грядет что-то безумно волнующее! И я начинаю нервничать. Руки леденеют, сердце бешено колотится в груди. Я едва не подпрыгиваю, пока Андрей отпирает дверь.

Сначала в зале абсолютная тьма. Затем вспыхивает свет и…

– Сюрпри-и-и-из! С Новым годом!

За одним из столиков, разложив шампанское, всякие сыры и закуски, сидят Аня с Сергеем.

– Мы уже вас заждались, чего так долго?! Будете шампанское?

– Нет, – отвечает Андрей. – Мы родным обещали не хулиганить.

– Фи, какой ты правильный. – Аня морщит нос.

– А что вы здесь делаете? – спрашиваю я. – Я думала, вы поехали к семье.

– Ну да, но мы подумали и решили, что обязательно хотим куда-нибудь съездить. И тут Андрей предложил затусить с вами. Ты клевая, нам понравилась. Решили, что будет здорово. Так что, начинаем? – Аня смотрит на Андрея, и тот кивает. – Поехали!

– Вы о чем? – хмурюсь я.

– Сейчас увидишь.

Он включает гирлянды, зажигает свет над стойкой и гасит верхний. Сережа берет гитару, а Аня – микрофон.

– Вы что…

Лукин протягивает мне руку.

– Я же упорный, Тыковка. Если я обещал, что для нас споют, значит, так и будет. Потанцуй со мной.

Это тихая нежная песня. Совсем незнакомая, но удивительно прекрасная. Она заполняет собой пространство, окутывает магией, оживляет сказку.

Моя рука лежит в руке Андрея. Прижимаясь к нему, я чувствую, как в унисон бьются наши сердца. И слышу его размеренное дыхание. Мы медленно раскачиваемся в такт музыке, думая иногда о своем, иногда друг о друге.

Украдкой доставая телефон, я пишу короткое сообщение с поздравлением Рите. Нет, я не строю иллюзий, дружбы между нами уже не может быть. Но не хочу начинать год со злости.

А еще я отвечаю Киру.

«Привет. Извини, что не отвечала. Была зла. Но раз простила Лукина, то придется и тебя. Но больше не врать! С Новым годом! Приходи завтра в М. К., посидим, угостим тебя кофе».

«Алька, спасибо! Я уж думал, ты меня никогда не простишь! Заметано, буду. Вы там, кстати, как? Любовь-морковь и другие помидоры?»

«Мы лучше всех».

– Тыковка, тебе что, так скучно, что ты листаешь ленту?

– Нет. – Я поспешно убираю телефон обратно в карман. – Встречаю Новый год так, чтобы не жалеть о том, как он прошел. Ты написал отцу?

– Он звонил. Поздравлял. Предлагал полететь с ним и его семьей в отпуск.

– А ты что?

– Я пока не готов. Ни знакомиться с братом, ни проводить с отцом больше времени, ни бросить тебя, когда ты только меня простила. Потом как-нибудь.

Мы замолкаем, наслаждаясь музыкой.

За окном снова валит снег. Что-то зачастил он в этом году.

Мимо кофейни проплывают темные силуэты. Город живет, он дышит, наслаждается праздником. Тысячи, десятки тысяч семей сидят за столами, произнося тосты, и желают друг другу всех благ. Сотни гуляют вдоль заснеженных домов, любуясь зимней сказкой.

Часть из них непременно зайдет на чашечку кофе в каникулы.

Обязательно заглянет девушка, любительница американо. Может, мне удастся убедить ее попробовать что-то новенькое. Вероятно, забежит серьезный мужчина-бизнесмен. Убедится, что рядом нет коллег и знакомых, и побалует себя порцией какао с зефирками. Приедет экспедитор с десертами и получит в подарок от меня свой любимый лавандовый раф.

Придут и другие. За кофе, десертами, посидеть у окна с чайком и полюбоваться на улочку. Они сейчас там, на улице, в домах и в ресторанах. Даже не подозревают, что благодаря им у меня появился новый секрет.

Аля Тимошина обожает кофе.

Не за вкус и не за бодрость, нет. За то, что он существует.

За то, что подарил ей чудо.

Эпилог

Эпилог

Два года спустя

– Готова? Осторожно, порожек. Так, погоди, сейчас…

Сначала в нос ударяет неповторимая смесь ароматов: кофе, сдобы и специй. Мне не нужно даже угадывать, я и так знаю, куда мы пришли. В «Магию кофе» я собиралась заглянуть завтра, но раз Андрей привел меня сюда под предлогом сюрприза…

После школы мы, недолго думая, решили остаться в городе. Поступить в какой-нибудь местный филиал университета, продолжить работать в кофейне и наслаждаться жизнью.

Но бабушка и Мария Январовна единым фронтом выступили против.

– Учиться, учиться и еще раз учиться! – строго наказала тетя Андрея. – Успеете еще наработаться!

Так мы поехали в Москву.

Конечно, мы не поступили на бюджет. У двух школьников из провинции, весь последний год занятых всем, кроме экзаменов – то кофейней, то друг другом, не осталось шансов сдать ЕГЭ на достаточно высокие для поступления баллы.

Чуда не случилось?

Для Лукина – возможно, а вот со мной произошло именно оно.

Сначала Андрей порывался оплатить и мою учебу из денег родителей, но я этот порыв сразу же пресекла.

– Мы не можем знать, сколько продлятся наши отношения. Вдруг это не на всю жизнь? Ты не можешь тратить деньги, оставленные родителями, на какую-то постороннюю девушку, с которой встречаешься полгода. Я тебе просто не позволю. Забудь. Если сделаешь это – расстанемся. Потеряешь и меня, и деньги.

Некрасивый шантаж, согласна. Но я бы просто не смогла учиться за счет Андрея. Не позволили ни совесть, ни воспитание. И я действительно верила в то, что говорила.

И тут неожиданно выступила ба.

– Езжай и учись, – вздохнула она. – Будет тебе платное. Что я, родной единственной внучке на учебу не накопила, думаешь?

Вот так я оказалась в Москве вместе с Андреем. Мы поступили в один универ, на разные факультеты. Я, как и собиралась, начала изучать бизнес-процессы, а он – программирование, как советовал отец.

Дома остались ба и Мария Январовна. Дружить, присматривать друг за другом и за кофейней.

Впрочем, совсем отказаться от денег Андрея не вышло. Нет, я честно пыталась, но когда в первую же ночь в общежитии он получил от вахтера за то, что пробрался на этаж девчонок, а потом с верхней койки на нас едва не стошнило мою пьяную соседку, Лукин твердо сказал:

– Все, Тимошина, либо я снимаю квартиру и мы туда переезжаем, либо расстаемся. Потеряешь и меня, и… э-э-э… шанс жить без тараканов.

И это было справедливо.

Так мы и прожили первые два курса. Не вылетев из института, не найдя себе приключений, не наделав кучу детей и не поддавшись дурному влиянию столичной жизни – ба и тетя Андрея были спокойны, их опасения не подтвердились.

А еще мы были на море.

Я готова восторгаться этим фактом бесконечно. После первой же зимней сессии Лукин пришел домой поздно вечером, упал на диван, рассказал, как сдавал зачет по матану с восьми утра и до восьми вечера, потом зевнул и, засыпая, сказал:

– Завтра летим на море. Я устал.

Впервые в жизни я оказалась на море. Смотрела на лазурную воду, яркие краски заката, а за руку меня держал самый невыносимый парень из всех существующих на свете.

Но где бы мы ни бывали: в теплых краях, на лыжных курортах, на дачах друзей или в спонтанных путешествиях по России, на Новый год мы неизбежно возвращались сюда.

В родной город, к родным людям, в родную «Магию кофе».

– Можно открывать! – объявляет Лукин, убирая с моих глаз ладони.

Не веря своим глазам, я оглядываюсь.

Это все еще «Магия кофе»: вот стойка, вот меню, вот столики и витрина с пирожными. Я знаю эту кофейню как свои пять пальцев, но… это не она.

Вместо дерева и теплых рыжеватых оттенков – белый мрамор с ярко-зеленым декором. Стена из мягкого на ощупь мха. Новая стойка, витрина с подсветкой. На каждом столике – QR-код с меню.

И сцена! Господи, здесь есть небольшая сцена для Ани и Сергея, ставших постоянными гостями кофейни. Не только для них, конечно, у нас выступали и другие артисты, собирался книжный клуб, проходили арт-завтраки, мастер классы и тренинги. Но все же это настоящий подиум. Сейчас там стоит очаровательный столик на двоих, идеальный для свидания.

А еще здесь роскошная елка, усыпанная бело-зелеными шарами. Сверкающая тысячами серебряных огоньков. Точно так же, как два года назад я, кто-то обмотал тонкой гирляндой-паутинкой каждую веточку.

И я даже, кажется, знаю, кто.

Перед огромным окном, на подоконнике, настоящая новогодняя скульптура: компания снеговиков пьет кофе у камина.

И он здесь есть. Настоящий биокамин с пламенем.

– А не опасно? – спрашиваю я.

– Там защитный экран.

Большая подсобка разделена на два помещения. На склад и небольшую комнату с рабочим местом и небольшим диваном: чтобы не приходилось спать на коробках или заставлять гостей бросать вещи прямо поверх мешков с кофе.

– И оборудование тоже новое.

Кофейню наполняет рождественская музыка. От плохого звука старых колонок не осталось и следа.

– Нравится? – спрашивает Андрей, и в его голосе я отчетливо слышу волнение.