— Гражданка, на выход! Что, застряла там? Может, помочь?

Мерзкий, пошлый смех. Снова удары. Всё это пробирает до дрожи, до холодеющих конечностей. Сжимаюсь на месте, но настраиваю себя на борьбу. Я знала, на что иду, просто не ожидала, что со мной начнут бороться так быстро и такими вот методами.

За дверью всё стихает на короткое мгновение, слышу топот ног, бурный спор.

Стас и Нина очень быстро подошли, откликнувшись на мой призыв.

От облегчения меня слегка шатает, так, что приходится опереться на раковину.

Такие «приключения», конечно, не для беременных.

Решаюсь наконец выйти и быстро оцениваю обстановку.

Нина ругается с мужчинами в форме, требует предъявить удостоверения и объяснить причину задержания.

— Там моя подруга, ей пришлось прятаться от вас в туалете. Вы в курсе, что прессуете беременную женщину? По какому праву? У вас есть основание для задержания? Какое отделение полиции представляете? Стас, снимай! Я вас во всех СМИ ославлю, не отмоетесь! Заманаетесь объясняться! Не стыдно?

— Стыдно, у кого видно! Дамочка, отойдите! Это не ваше дело! В полиции разберутся, кого за что сажать! — он угрожающе двигается в мою сторону, но Нина бесстрашно меня защищает, бросаясь грудью на амбразуру.

— А я сказала, что вы ее не заберете, пока не покажете удостоверение!

— Мы тебе ща покажем удостоверение! — один из бугаев пытается схватить меня, задевает Нину, толкает ее локтем, она ударяется в стену, я охаю, Стас какое-то время снимает, пока второй бугай не предпринимает попытку вырвать из его руки телефон.

— Быстро вырубил камеру! — он выбрасывает руку вперед для того, чтобы выбить телефон, но вместо этого вмазывает Стасу по лицу, тот шатается, Нина реагирует быстрее всех.

Она расставляет руки в стороны, не давая всем передраться, снова взывает к совести мужчин, Стас уже выключил камеру, убрал телефон в карман и теперь, засучив рукава, собирается встать на нашу защиту, ни минуты не сомневаясь в том, чтобы отбивать меня силой.

Это какой-то сюр, просто нереальным кажется, с одной стороны. С другой — пугающе реальным. И я в который раз понимаю, что те, у кого есть деньги, уверены, что сила всегда на их стороне.

Еще секунда, и всё перерастает в потасовку, Нина едва успевает отвести меня в сторонку, и мы с ней оглядывается в надежде увидеть хоть кого-то, кто может нам помочь. Здесь же должна быть охрана!

— Да что же это такое? — в бессилии издаю стон, прилипаю к стене.

Нина меня обнимает. Всё это какой-то кошмар.

— Что здесь происходит? Эй! — слышим громкий мужской голос. — Прекратили драку!

Охрана лофта движется по направлению к нам, Стасу удается оттолкнуть от себя одного из уродов, он отбегает от них, загораживая нас с Ниной, которая кричит охранникам:

— Мы не виноваты, они на нас напали, угрожали беременной.

— Сейчас разберемся.

— Кто угрожал беременной? — слышу знакомый голос, а потом и вижу.

Роман Свиридов, отец моей малышки, собственной персоной.

И тут же низ живота скручивает болезненный спазм.

Глава 7

Глава 7

Роман

Красивая. Очень.

Смотрю на беременную Лану, которая глазами сверкает, а у самого во рту как будто слюна собирается, и внутри всё сжимается.

Красивая, да.

Ну, это я и тогда заметил сразу, когда тормознул у тротуара, чтобы дорогу расспросить. Красивая, растрепанная девочка, девушка с огромным тяжелым баулом. Как было ей не помочь? В машину к себе посадил, а от нее такой аромат: свежий, цитрусовый, яркий. Всё свело сразу там внизу, хотя я только от любовницы выехал, все силы вроде как там отдал. На свидание пригласил, а сам думал — мне это зачем? Я ведь жениться не собираюсь и на такой вот точно не смогу.

С матерью был разговор, она мне выдала целый список, фото веером выложила, выбирай, Ромочка, выбирай сынок. Девки все как на подбор, с родословными и с капиталами.

Угу, спасибо, мама, я еще погуляю.

Не то чтобы я был сильно разборчивым, или предложенные маман невесты мне не «зашли». Красивые, милые, одна так просто секс-бомба, еще одна — я бы такую да.

Просто… Просто мне хотелось по-другому.

По-настоящему, что ли…

Хотя перед глазами был пример брата, который тоже пробовал «по-настоящему», и что из этого вышло.

Пригласил Лану на свидание просто потому, что хотел пригласить, хотел еще раз увидеть. Рассмотреть.

Рассмотрел.

Ее нельзя было отпускать. Это я сразу понял. Не хотелось. Хотелось рядом быть. Она ведь нежная, как цветочек, и в то же время сильная. Как-то очень быстро пришла мысль — себе ее забрать. Я и забрал.

Всё было серьезно.

Не игра, не ошибка, не просто разовые отношения.

Я ее любил. И думал, что она меня тоже любит.

Уверен был.

Такие, как Лана, не лгут!

Наши свидания из романтичных очень быстро превратились в страстные. Сначала объятия, нежные поцелуи, потом очень жаркие поцелуи в машине. Признания, откровения. Я не сразу понял, что она девочка, просто потому, наверное, что Лана была очень красивой, яркой, мимо такой парни не проходят. Явно же, что у нее уже были отношения! Нет? Это для меня стало шоком, но очень приятным шоком. Я, наверное, именно тогда решил, что у нас точно всё серьезно.

Нет. Я это раньше решил. Мне было плевать, девственница она или нет. Реально плевать.

Она моя была. Просто моя. Чистая, нежная, ранимая.

Узнал о ее жизни, о том, что родители погибли, она осталась без образования, по сути, что тянет не только себя, но еще и помогает дедушкам-бабушкам. Работает много, шьет, шьет, шьет, и мечтает шить сказочные платья для маленьких принцесс.

— Знаешь, я иногда думаю, вот у меня будет доченька, и какое я ей сошью платье, на тот праздник, на этот, просто так, для дома, для садика. Как я буду ее наряжать, потом мы с ней будем вместе шить платья для кукол. Знаешь, я в детстве всех кукол обшивала, такие наряды придумывала! Шляпки делала. Это всё у меня с детства.

Мне нравилась ее одержимость профессией, то, что у нее есть стремления, мечты, желания.

Мне хотелось помочь ей в этом. В осуществлении мечты. Я даже стал интересоваться, сколько нужно вложить в бренд. Оказалось, для меня это вообще не существенная сумма.

А потом…

Очень глупо и очень больно.

Ей так нужен был этот пропуск в мир высокой моды? Но она же знала уже тогда, что я за человек? Что я не простой клерк, спешащий на работу в строгом костюме фабрики «Большевичка», даже не менеджер среднего звена, который может себе позволить брать в «карше» не обычный эконом, а комфорт и даже премиум. Лана тогда уже знала, что я владелец «заводов, газет, пароходов» — эта шутка, наверное, и через несколько поколений не умрет.

Лана знала, что я могу дать ей всё, что она захочет. И неделю моды, и свой бренд, и бутик в любом месте. Всё.

Я сердце свое ей отдал! Я сказал, что мы поженимся.

Кольцо на заказ делал, ждал, пока известный в столице ювелир его закончит.

А Лана…

Ладно, проехали. Не важно.

Важно, что мой олененок стоит тут сейчас, перепуганный насмерть, с побелевшим лицом, и держится за аккуратный кругленький живот.

— Привет.

Она смотрит на меня, но говорит своей подруге.

— Нина… мне плохо… «скорую» можно?

Глава 8

Глава 8

Лана

— Плохо? О господи! Сейчас! — Нина бросается вызывать «скорую», а я, прикрыв руками живот, дрожу от дикой паники, что могу потерять ребенка.

Это всё семья бывшего! Они хотят извести и меня, и моего малыша!

Не гнушаются никакими, самыми грязными средствами! Это они подослали этих бугаев!

Меня пополам сгибает, и я чувствую, как Свиридов оказывается рядом, он пытается поддержать меня, я отпихиваю, но он держит крепко, и мне приходится на него опереться. Я не хочу, но вынуждена, у меня нет выхода.

— Я спросил, по какому праву вы угрожаете беременной женщине? Вы кто?

Его властный голос заставляет подставных полицейских сжаться на месте и растерянно хлопать глазами. А они именно подставные, теперь я это понимаю точно. Иначе бы не вели себя так раболепно, как слуги с господином.

Свиридов умеет произвести впечатление.

— Извините, мы ошиблись, мы всё не так поняли. Обознались.

— У нас была наводка, девушка просто очень похожа.

Свиридов молча слушает эти нелепые оправдания и кивает охране ТЦ, чтобы увели этих двоих.

— Я пойду с ними, — решает Стас, — дам показания. Вы тут справитесь без меня?

— Иди, иди, — отправляет его Нина, — мы сейчас в больницу поедем!

Стас кивает и уходит, я даже не смотрю, как вся процессия направляется в технические помещения разбираться в инциденте. Но Стасу доверяю, он и видео покажет, и расскажет, что на нас напали незаконно. Он разберется.

Мне, собственно, всё равно, куда их поведут, что с ними сделают. Главное, что они от меня отстали. Свиридов вовремя подошел, но благодарности от меня он не дождется! Вот еще! Мы бы и сами справились. У меня отличные защитники.

— Вызвала! Едут! — отчитывается Нина и хочет прорваться ко мне, но Роман цыкает на нее:

— Хватит мельтешить, я ее держу. Я помогу вам.

— Не надо, — говорю гордо, да только сил, чтобы вырваться из его хвата, так и не появилось.

Боль не отпускает, мне необходимо к врачу. Лишь бы дождаться «скорой», лишь бы врачи успели, лишь бы всё было в порядке…

— Послушайте, отпустите мою подругу, — требует Нина. — Кто вы вообще такой?

— Я отец ребенка, — заявляет Свиридов, да так четко, что я в осадок выпадаю.

Ничего себе! Вот это новости! Отец он! Нет, я, конечно, сама привлекла его внимание, когда подняла все СМИ, но думала, что он будет яростно отрицать отцовство.