И вот они заканчиваются. Перед нами дверь. Алексей открывает ее ключом и пропускает меня вперед.

- Алексей, ну ты… - всплескиваю руками.

Я стою на крыше тома. Посредине стоит накрытый столик. Там угощения. По периметру крыши развешаны разноцветные гирлянды. Делаю несколько шагов, смотрю на открывшийся вид. Наш родной город утопает в ярких ночных огнях. Дует прохладный, легкий ветер, треплет волосы.

Чувство свободы накрывает с головой. Вот именно тут, на крыше дома, я ощущаю, что легкость и безграничную свободу.

Неожиданно начинает играть музыка. Ухо обжигает горячее дыхание:

- Потанцуем?

- Я сто лет не танцевала. Да и не умею толком.

- Умеешь, просто следуй ритму души, - говорит хрипло, приглушенно, приятные мурашки бегут по коже. Кладу руку в его ладонь и позволяю танцу унести нас.

Мы двигаемся для себя, не соблюдая каких-то правил, делаем то, что реально идет от души.

Какие там годы?

Я чувствую себя молоденькой девчонкой, которая впервые пришла на свидание. Самое лучшее свидание…

Под нами город, где-то там внизу осталась суета. А сейчас есть только мы и нечто… что кружит нас, опутывает нежным бархатом, проливается на раны и уносит боль.

Наверное, многие бы меня осудили. В тот момент, когда моего сына арестовывают, я кружу с мужчиной на крыше дома, счастливо смеюсь, и мечтаю, чтобы этот вечер не заканчивался.

- Пора начинать жить для себя, Свет, - Алексей снова улавливает мой настрой, считывает мысли.

Да, именно этого я и хочу. Для себя. Перестать быть удобной, понимающей, быть бесплатным приложением.

Леня сделал свой выбор. Он предал меня. Как бы гадко это не звучало, но если не я его, то он меня. Это я прекрасно понимаю. И ничего бы у него не дрогнуло.

Мы с Алексеем танцуем долго. Одна песня сменяет другую, а мы просто отдаемся на волю музыки. Не хочется останавливаться.

- Ты это сделал, чтобы я не грустила дома в одиночестве?

- Не только, - свет от гирлянд отражается в его глазах, они горят ярче любых огней. – Обещаю, сделаю все, чтобы боль больше тебя не коснулась.

- Почему ты это делаешь?

- Ты свет для меня, Светлана, - откровенная, искренняя улыбка. – Возможно, рано об этом говорить, но ты та женщина, которую я ждал всю жизнь. И не верил, что найду. Но если судьба мне улыбнулась, я буду ценить и беречь бесценный подарок.

Прячу лицо у него на груди. Прижимаюсь. Чувствую мужскую силу. С ним ничего не страшно.

Вечер проходит восхитительно. Мы садимся за стол, Алексей укутывает меня теплым пледом, чтобы я не замерзла. Мы общаемся, легко и непринужденно. У нас схожие вкусы, на многие вещи мы смотрим одинаково. Некое единство, взглядом, мыслей, которого мне оказывается так не хватало.

Потом снова танцуем. Снова за стол. А потом я стою прижатая спиной к груди Алексея, и мы молча смотрим на город.

Самое сладкое и красноречивое молчание в моей жизни.

Только около трех ночи мы возвращаемся домой. Я сонная, довольная и умиротворенная. Алексей сияет.

Подъезжаем к дому. На кухне горит свет.

- Марта так и не ложилась, - отмечаю.

Неугомонная у меня дочь. Себя не жалеет.

- Ничего, сейчас уложим, - Алексей открывает дверь.

И тут же до нас доносится мужской заливистый смех.

Смотрю настороженно на мужчину. На его лице не беспокойство, а удивление.

Берет меня за руку и ведет к кухне.

Перед нами открывается картина, Марта сидит за столом с огромным мужчиной, который у меня мгновенно ассоциируется с медведем. На столе еда, чай, угощения.

Мужчина сразу поднимается, и я отмечаю его огромный рост, широченные плечи, а еще… он копия Алексея… Невозможно не заметить их поразительное сходство.

- Привет, пап, а ты время зря не терял, такие редкие и прекрасные цветы появились у тебя в холостяцкой берлоге, - заявляет хриплым басом.

Глава 67

Глава 67

Тимур

Ефим? При чем тут его недалекий братец?

Тимур смотрит в след уезжающим автомобилям и осторожно трогает свой поврежденный нос.

Почему Леня в такой сложный момент вспомнил про дядьку?

Не думает же он, что обряды Ефима помогут? Невесело хмыкает.

Марина пропала? Дина?

Их похитили?

Тимур обхватывает голу руками и раскачивается в разные стороны.

Почему все навалилось сразу?

И в этом кошмаре он один. Надо действовать.

Первое дело – адвокат. Леню подставили, в этом нет сомнений. Но чтобы узнать детали, нужен хороший адвокат.

Дрожащей рукой достает телефон. К счастью и в этом телефоне все нужные контакты сохранены.

Ему бы сейчас в постель. Залечивать раны. И рядом Арина о нем заботится, делает чай, приносит лекарства… эх… вот оно простое счастье.

И даже не заботит его сейчас, что не так давно в доме творился полнейший беспредел. Все равно. Главное – спокойствие.

А надо ехать на встречу с адвокатом, и снова в такси на пузе.

Он мужик шустрый, уже пробил по своим каналам, где его сын. Тимур рассказал, все что знает, а по факту практически ничего. Попросил решить все как можно скорее и пообещал увеличить гонорар.

Не забыл рассказать и про свою проблему с бомжом, про свое заявление, попросил все проконтролировать. Он Тараса знает давно, он дела их фирмы ведет. Конечно, с Бульдозером его не сравнить. И для развода Тимур хотел другого адвоката. Но Тарас всегда на связи, очень исполнителен и старается. Другого так быстро все равно не найти.

Потом звонит своему безопаснику, рассказывает про проблемы, дает поручение искать Марину с Диной.

Просит узнать, кто так за них взялся? Почему их усиленно топят?

После разговора з безопасником, Тимуру остается только ждать новостей. Он решает поехать домой.

Пока едет в такси, почему-то ему вспоминается Светлана, которая решила жить с бомжом. Жена не горевала, она сразу прыгнула в койку к другому. Вот она ее любовь. Ветренная, слабая на одно место тварь!

Квартира встречает Тимура тишиной. Он тихо зовет Арину. Потом громче.

Нет ответа.

Проходит по комнатам. Пустота. Давящая и жуткая.

Набирает номер Арины. Гудки идут. Она вызов не принимает.

Может у отца, к сыну поехала?

Но отчего-то Тимуру совсем не хочется звонить Шилову. Снова нарываться на оскорбления?

Достаточно с него.

Потому единственное, что он сейчас может предпринять – это спать. Пьет таблетки, которые ему предписали в больнице. И забывается тяжелым сном, сжимая телефон в руке.

Такое ощущение, что его придавливает каменной плитой и у него нет ни малейшего шанса выползти.

Просто день такой, успокаивает себя, завтра будет лучше.

Будит его звонок адвоката.

- Мы можем встретиться? – голос адвоката, какой-то странный, осторожный, подозрительный.

- Что у Лени все плохо? – сердце больно колет.

- Дело не только в этом, - отвечает уклончиво.

- Тарас, ты можешь приехать ко мне домой? Я тебе говорил вчера, что со мной приключилось. Вот сейчас вообще не могу двигаться, поломан весь.

- Да, конечно.

Неужели адвокат накосячил? Все же придется другого искать. Тимур вздыхает и пытается встать с постели.

Пятая точка адски болит. Под глазами синяки, нос распух, и тело не слушается. И Арина так и не появилась.

Где же она?

Звонит. Снова раздражающие гудки.

Пока умывается, варит себе кофе, как раз приезжает адвокат.

- Тимур Анатольевич, тут такие факты открылись, - Тарас садится за стол, кладет папку.

- Так подставили моего сына, что тут еще, - рявкает. – Надо его вытягивать!

- Да, вот подставой как бы не пахнет. У них улики. И вам надо знать, что это Леонид организовал травлю и покушение на вас, заказал убийство начальника вашей жены, и едва не подорвал ее саму. Недавно нанятые им люди похитили Светлану. Но это еще далеко не все…

Тарас открывает папку и начинает зачитывать весь список. А там столько всего, что в какой-то момент, Тимур приваливается к стене, сидеть он не может, и просто теряет нить. Там столько обвинений, похищение, пытки каких-то незнакомых ему людей, шантаж.

- Зачем ты читаешь мне этот бред! Разве непонятно, что моего сына подставляют!

- Я подключил знакомых, и мне удалось сделать для вас копию некоторых материалов следствия.

Адвокат включает мобильный и поворачивает его к Тимуру.

На экране Леонид, видно, что он еще моложе. Рядом с ним сидит мутного вида мужик.

- Слушай, мне надоело. Папаша не ведется на проверки на фирме, угрозы действуют, но слишком медленно. Надо организовать покушение.

- На вашего отца? – собеседник Леонида смотрит на него удивленно.

- Да. Если помрет, не велика потеря. Если выживет – счастливчик. Зато сговорчивей будет.

Слова из прошлого вонзаются в Тимура острыми, ядовитыми стрелами. Он вскрикивает, взмахивает руками и медленно оседает на пол.

Из побледневших губ срывается, тихое, жалобное:

- Леня… сынок… как же так…

Глава 68

Глава 68

- Тимур Анатольевич, выпейте! Вам скорую вызвать? – как сквозь слой ваты то него доносится мужской голос. Он с трудом разлепляет веки, видит лысину Тараса.

- Не надо скорой… - стонет.

- Вам же плохо. Простите, я должен был вам показать. Выпейте, я нашел у вас лекарство. Простите, немного похозяйничал, - всовывает ему в руку стакан с мутной жидкостью.