Я так и не рассказала сестре, что Власова я уже давно встретила и не на улице, а на работе. Как–то сразу не стала откровенничать, а потом пришлось бы слишком много рассказывать, вплоть до Снежаны и ее роли в моем переезде. Я изначально решила, что не буду волновать беременную, и ведь все хорошо, Сережа уладил. До сих пор не до конца верю в то, что бывают мужчины, решающие проблемы, а не создающие новые.

– Нет, дело не в этом, – качаю головой.

– Тогда в твоей самооценке и мнительности! – Маша всплескивает руками. – Ну в самом деле, Настя, сколько можно? Позволь себе расслабиться и насладиться счастьем, ты его заслужила. А то выглядишь последние несколько дней прямо как я в самом начале беременности: не выспавшаяся, с синяками под глазами, похудевшая, еще и все время думающая о чем–то.

Сестра договаривает, а у меня внутри как будто что–то щелкает, мол, вот же она, причина тревоги. И сразу становится легче, но ненадолго.

– Да–да, ты права, именно что плохо спала, переживала за работу. Если я встречаюсь с начальником, не значит, что у меня от этого стало меньше обязательств, – торопливо произношу, мне не стоит делиться догадками относительно причины моего дурного вида, пока я сама не проверю. – И пойдем мы, наверное, с малышней, пораньше спать ляжем. У Сергея были какие–то глобальные планы, подготовлюсь к ним.

– Это правильно, отдохни и береги себя, – Маша целует меня в щеку, а я уже снова далеко мыслями от реальности.

Очень бы мне хотелось, чтобы моя интуиция меня подвела, чтобы все оказалось фантазией расшатанной нервной системы, да только проверить не помешало бы. Прошлые месячные были ужасно короткими и необычными. Я успокоилась, что они есть, к тому же дела были другие, их всегда много у матери с детьми, да и забила.

А теперь страшно. И ведь следующий цикл уже должен прийти к своему пику, а нынче задержка.

Захожу с двойняшками в аптеку, думая, что надо было это делать еще полтора месяца назад. Но сегодня я беру не таблетки.

Проходит еще несколько часов прежде, чем мне удается запереться в ванной комнате. Но тут я вспоминаю инструкцию, что лучше всего делать тест с утра. Да и поспать бы мне, а не мучаться, если вдруг результат окажется ошеломительным.

И вот наступает утро. Встаю сама без будильника раньше на полчаса, зато выспавшаяся. Моя психика удивительна, в момент тревоги дает отдохнуть, не мучиться бессонницей.

И момент икс настает. Закрываю глаза и отсчитываю секунды…

Глава 64

Глава 64

– Твою ж кочерыжку, – «изящно» ругаюсь, – мне вообще нельзя заниматься любовью? Я что, как кошка? И в этот раз ведь совсем минимальный шанс был! Даже день был не тот, овуляция уже должна была пройти! И ведь я искренне считала, что менструация пришла.

Выговариваюсь сама с собой, а потом еще пять минут стою и тупо смотрю на тест. В голове одни вопросы и ни одного ответа. А еще почему–то меня мучает чувство вины, как будто я единственный организатор того, что получилось.

– Так, нет, стоп, – качаю головой, – с чувством вины это не ко мне, а к психологу. Не купила чертовы таблетки, так я искренне считала, что они не нужны. После приема гормонов у меня в организме происходит непонятное. Имела право не пить. И вообще, современные девушки сдают кровь на ХГЧ, этим и займусь. Может, мне тест дефектный попался, а я уже трагедию развела!

Немного повеселев, собираюсь на работу и попутно бужу детей в сад. Всеми силами стараюсь прогонять мысли о возможной беременности, пока она окончательно не подтвердилась, но это сложно. Нет–нет, невольно начинаю моделировать наш день с двойняшками, прибавив к нам еще одного крохотного члена семьи.

Это очень странно. Я не планировала. Я собиралась нянчиться с Машиным ребенком, а если сама беремена, то какая от меня помощь сестре?

И снова приходит чувство вины. Мне помогали ребята, Маша с Мишей, а я только должна была помочь, отдать долг хотя бы частично, и тут такое…

Мое настроение опять стремится вниз. Кусок в горло не лезет.

– Тимофей, почему не ешь кашу? – строго спрашиваю, заметив, что сын сидит и водит ложкой в тарелке вместо того, чтобы отправлять ее в рот.

– Ты не ешь, и я не ем, – говорит он, хитро прищурившись.

Приходится насильно засунуть бутерброд в рот и жевать. Вкуса я не чувствую, все лишь бы поел ребенок, да и мне силы до обеда нужны.

– Я ем, давай и ты, – напутствую Тимошку.

Сын смиренно принимается за кашу, а я могу снова отключиться и испугать себя картинками будущего. Дети ведь маленькие еще! Только–только стали немного самостоятельнее, и тут мама новый пищащий кулек принесет домой. И Тимофей с Леной сразу станут старшими.

Кошмар.

Старшим сложно, вон как Маша со мной возится до сих пор, а я давно взрослая. И моим котяткам придется.

На глаза наворачиваются слезы, еще немного и доведу себя до истерики.

– Мамочка, почему ты плачешь? – интересуется Лена. – Невкусно?

– Нет, солнышко, язык прищемила, – озвучиваю первую попавшуюся отговорку. – Сейчас пройдет.

Быстро смахиваю влагу с глаз и запрещаю себе моделировать ужасные вариации будущего. Пока что ничего наверняка не ясно. Когда у меня будет еще одно доказательство моей беременности, тогда и продолжу самобичевание.

Дальше наши сборы с детьми проходят быстрее и веселее. Двойняшки с удовольствием идут в сад, а вот планам по сдаче крови не суждено сбыться. Как назло, в лаборатории очередь, как будто все резко в понедельник с утра вспомнили о своем здоровье, а меня уже вызванивают с работы.

Бегу в офис, где не поднимаю головы до самого обеда.

– Настенька, есть пора, – ко мне заглядывает Сергей, с которым мы еще не успели пересечься.

И тут меня осеняет: «Точно, Сергей! У меня ведь теперь отец детей не Власов, а Сережа. Но я почему–то не включила его ни в один из возможных сценариев будущего».

– Да–да, ты прав, идем, – соглашаюсь и встаю из–за стола, предварительно сохранив работу на компьютере. Почти открываю рот, чтобы поделиться своим утренним потрясением, но тут же закрываю. Еще ничего не ясно на сто процентов, зачем мне пугать кого-то. – Куда отправимся? – переключаюсь на насущное.

Не скажу, что мне удается эта миссия полностью, но я стараюсь. А еще я понимаю, что Сергею скажу лишь при двухсот процентной уверенности в своем положении. Да, ста процентов мне мало, вот такая я.

Просто не хочу, чтобы были ассоциации с ситуацией с Власовым. Их не избежать, но я хочу хотя бы делать мозги о том, в чем я уверена.

В итоге сдать кровь удается лишь через два дня, в четверг, и уже к вечеру получить результаты…

Глава 65

Глава 65

– Да что ты будешь делать! И тут положительный результат! – восклицаю, изучая письмо от лаборатории на телефоне.

К счастью, я в своем кабинете, посторонних нет, ни у кого не возникнет лишних вопросов, по поводу чего я сокрушаюсь. И во второй половине дня, почти в конце рабочего времени, я чувствую себя гораздо деятельнее, нежели с утра в понедельник. И вместо того, чтобы полчаса сокрушаться и рисовать в голове картины бедствующего положения матери с тремя детьми, я занимаюсь поиском причин повышенного уровня ХГЧ помимо беременности.

Да, я не принимаю проблему, я до сих пор ищу подтверждения того, что она действительно есть, что она реальна, ведь тогда стоит признать, что я обладаю невероятной фертильностью, и запретить самой себе отношения с мужчинами примерно навсегда.

– Вот же, есть! – восклицаю обрадованно, найдя информацию в интернете про повышенный уровень гормона ХГЧ.

Но, читая о других причинах его повышения, мне не хочется радоваться, я уже не против оказаться беременной.

– Ошибка лаборатории! Тоже ведь бывает, – нахожу еще одну отговорку, но как бы там ни было, я понимаю, что я должна сделать следующим, других вариантов у меня нет. – Алло, здравствуйте. На прием к гинекологу вместе с узи я могу попасть примерно через полчаса? – звоню в платную клинику, расположенную буквально в соседнем от офиса здании. – Отлично, спасибо, буду!

До конца рабочего дня остается час, а мне надо уйти на сорок минут раньше. Зато за двойняшками спокойно успею, едва ли манипуляции займут больше получаса, если, конечно, очереди не будет. Осталось отпроситься у Сергея, не могу ведь я взять и уйти, никому не сказав, это будет слишком нагло.

Уже практически жму на кнопку вызова, но в последний момент останавливаю себя. Что я скажу? Зачем мне уходить?

«Сереж, очень надо уйти на сорок минут раньше. Завтра вечером расскажу обо всем», – пишу сообщение и отправляю его.

«Конечно, иди», – следует лаконичный ответ.

Я не ошиблась, в сообщении никто меня не будет доставать лишними расспросами, а по телефону к самой интонации прислушиваются. Быстро собираю сумку, выключаю компьютер и еще десять минут сижу, отбиваю нервную чечетку правой ногой. Время длится мучительно медленно, но наконец–то можно выходить.

– Пора, – говорю сама себе и шагаю в поликлинику, как на битву.

В моей душе идет активная внутренняя борьба, так что битва сама с собой: с таким знакомым–незнакомым противником.

– Проходите, – меня приглашают в кабинет врача, в мыслях я и не заметила, как дошла до места икс.

– Здравствуйте. Что вас беспокоит? – спрашивает доктор приятной наружности.

Они плюс–минус всегда задают этот вопрос, но я испытываю чувство дежавю.