Заведующая является вместе с главврачом. Они изучают документы и выносят вердикт:

– Ребёнок передаётся законному опекуну – Ларисе Ивановне. С документами всё в порядке. Советуем Вам, Борис, как-то договориться с ней, чтобы иметь возможность хотя бы видеть ребёнка.

И отдают моего сына в руке тёще.

– Вы в своём уме?! Я по выслуге лет выхожу на пенсию! У меня будет полно времени. Я буду сам заниматься им! Сам воспитаю! Сам! – выпаливаю я, уже не сдерживая эмоций.

Нервно обхватываю голову руками.

– Пенсия в двадцать шесть лет!.. – фыркает скептически эта грымза.

– Да! – выплёвываю ей в лицо.

К нам подходит её муж – мой несостоявшийся тесть. Лариса Ивановна передаёт ребёнка ему.

– Геннадий Викторович! – с отчаянием взмахиваю руками. – Ну Вы хоть скажите!

Взглянув на меня с состраданием, он опускает глаза и уходит вслед за женой. Они уносят моего сына...

Медсестра кладёт руку мне на плечо, говорит сочувствующим голосом:

– Соболезную Вам, держитесь...

И удаляется, опустив голову. А я... Я несусь вслед за тёщей. Вот только её уже и след простыл.

На своей работе я видел многое. И было иногда очень тяжело... Но так хреново на душе впервые.

Но я заберу своего сына, чего бы мне это ни стоило!

Глава 3

Глава 3

Таня

– Тимофей! Ева! Завтрак! – кричу я детям и перевожу взгляд на мужа. – Кажется, я сейчас посажу голос. Сколько можно собираться?

Игорь усмехается.

– Им четырнадцать, Танюш. Один из душа не вылезает, вторая тонны косметики на себя наносит.

Фыркаю.

– Не говори так, словно они уже взрослые. А то я чувствую себя старой... – поёживаюсь. – И что ты там сказал про душ? Не поняла...

– Ну... Наш сын со своим младшим дружком вовсю знакомится, что тут непонятного? – красноречиво дёргает бровями.

– Что-о? Господи...

Плечи Игоря дрожат от беззвучного смеха.

– Всё! Избавь меня от этих подробностей, – грозно говорю ему, сохраняя серьёзное выражение на лице.

Хотя мне весело и грустно одновременно. Потому что наши дети взрослеют слишком быстро.

Они появляются на кухне через пять минут. На лице дочери толстый слой тональника. А на физиономии сына довольная ухмылка. Кажется, в душе всё прошло как надо.

Игорь показывает на них рукой:

– Ну вот. Что и требовалось доказать.

Мы с ним одновременно прыскаем от смеха. У Евы начинают дрожать губы.

– Я плохо накрасилась, да?

И она уже в шаге от того, чтобы вернуться в комнату и сделать новый макияж.

Переглядываемся с мужем.

– Нет, всё в порядке, дочь. Но попробуй завтра не так сильно подводить глаза, – советую аккуратно, стараясь не задеть её чувства. – Они у тебя и так красивые.

Недовольно поджимает губы.

– Бери пример с меня, систер, – вклинивается Тимофей. – Я вот считаю, что просто офигительный, и совсем не парюсь о своём внешнем виде.

– Сказал парень, который пользуется гелем для волос! – фыркнув, парирует Ева.

– Всё! Садитесь за стол уже! – решительно прерываю их словесную перебранку.

Сейчас у них такой период, что они без конца цепляют друг друга.

Быстро закинув в себя блинчики с джемом, дети идут в прихожую. Обуваются, берут рюкзаки. Хорошо, что их школа совсем недалеко. И провожать уже не нужно.

– Хорошего дня! – выкрикивает Тимофей, пропуская сестру вперёд.

За ними громко захлопывается входная дверь.

– И когда они успели так вымахать?– удивлённо произношу я, убирая за ними посуду.

Муж допивает свой кофе, поглядывая в телевизор, который негромко вещает новости.

– Ты на объект сегодня? Во сколько закончишь?

– Сегодня допоздна, – отвечает Игорь, не глядя на меня. – Принимаем крупный объект. И я, кстати говоря, несказанно рад этому.

Вижу, как он улыбается. Наконец все его труды начали приносить ощутимые плоды. В том числе и финансовые.

– Очень за тебя рада! А у меня сегодня две консультации, потом в суд и...

Перевожу взгляд на свой телефон. Звонок от Насти. Странно... Семь тридцать утра. Последний раз она звонила, когда у её Олега были серьёзные проблемы. Что на этот раз?

– Привет, Настя. Что-то случилось? – отвечаю на звонок, выходя из кухни.

– Танюша, привет. Эмм... Мне нужна твоя помощь... Вообще-то, не совсем мне... Дело в том, что друг моего Олега – Борис – набедокурил тут немного.

– Как именно?

– Да у него сына отняли.

– Как это отняли? Кто? – хмурюсь я.

– Тёща. Вернее, не совсем тёща.

Хм...

Настя тяжело вздыхает:

– В общем, история не очень, Танюш. Но парню надо помочь. Он пытался поговорить с тёщей, ну и немного повысил голос. Она полицию вызвала. У неё там всё очень железно с опекой над мальчиком. И она даже увидеться с ребёнком Боре не даёт! Стерва!

Мысленно я уже пытаюсь разобраться в этом деле. Или привычка. Или цепляет. Пока не знаю.

– Ну что? Поможешь?.. – умоляюще протягивает Настя. – Ты же у нас спец по семейным делам.

Вообще-то, я чаще работаю с алиментщиками. Детей ещё никому не возвращала.

– У меня есть время утром. Сможет Борис подъехать? В течение часа.

– Да, конечно. Он пулей к тебе прилетит. Всё. Спасибо, Танюш! Ты моя выручалочка, как и всегда, – торопливо сюсюкает Настя и отключается.

В универе все звали её вихрем. Она быстро увлекалась какой-нибудь темой и так же быстро теряла к ней интерес. Юрфак Настя бросила на втором курсе, потеряв интерес к юриспруденции. Она всегда была торопыгой. Торопилась сначала повзрослеть, потом торопилась выйти на работу, торопилась быстрее съехать от родителей и устроить свою жизнь. И с Олегом у них всё получилось довольно быстро.

– Я полетела! – кричу мужу из прихожей, надевая туфли.

Он появляется в дверях. Тянусь к его губам. Поцелуй получается какой-то сухой, скомканный. Притягиваю Игоря за ворот рубашки, чтобы поцеловать ещё раз. Но вторая попытка почти ничем не отличается от предыдущей. Может, мы действительно постарели?

– А может, мы сегодня проведём вечер только вдвоём, а? – предлагаю я, игриво прильнув к Игорю.

Он машинально меня обнимает. Вскидывает задумчивый взгляд в потолок.

– Слушай, сегодня никак. Говорю же, вернусь поздно. А завтра в семь надо быть уже на объекте. Может, в выходные? – предлагает он. – Только надо придумать, куда детей отправить.

– В кино, – с ходу говорю я. – И дадим им денег на пиццерию. Тогда у нас будет часа три.

– Ммм... заманчиво, – звонко чмокает меня в кончик носа.

Вообще-то, это не очень романтично...

– Ладно, беги. Уже опаздываешь. До выходных ещё дожить надо, – ухмыльнувшись, Игорь шлёпает меня по пятой точке.

А вот это уже совсем другое дело...

Вылетаю из дома в приподнятом настроении. И ровно в восемь утра паркуюсь возле своего офиса.

Глава 4

Глава 4

Борис

Утреннюю тишину прерывает настойчивый телефонный звонок. Звонит мой давний друг и сослуживец Олег Визанцев.

– Алло, – принимаю вызов.

– Борь, здорово! Всё хандришь? Давай уже, приходи в чувство. Я тут хочу дать тебе номер одного крутого юриста. Поможет с твоим вопросом, я договорился. Только тебе нужно ехать прямо сейчас, слышишь?

– Слышу...

Сам себя зарыл по самое не балу́йся. Не хотел этих судов. Думал до тёщи по-хорошему достучаться. Адвокат меня предупреждал: никакой самодеятельности. Но нет же! Вашу мать! Как я без экспромта? Конечно, попёрся прямо к Ларисе Ивановне. На следующий же день после того, как она бесстыже украла моего ребёнка. Ну и слово за слово... Я там немного разгорячился... Дверь с петель сорвал... Но, бл*ть, починил же сразу!

Короче... Адвокат меня послал. Тот, что был от нашей конторы. А нормального найти быстро не получается. Все именитые, видите ли, чертовски заняты!

– Давай, она тебя ждёт! – настойчиво повторяет друг. – Через час чтоб был на месте.

– Подожди! Она?

– Ну да.

– Ты уверен, что она мне поможет?

– Давай уже, Борь, прекращай хандрить. Не таких ломали, прорвёмся. Всё решим! – подбадривает он.

Сломать убитую горем мать после кончины её дочери – не самый простой случай. И не самый человечный поступок. А учитывая сварливый и скандальный характер Ларисы Ивановны, это будет очень непросто. Но попробовать стоит. Ведь Византия (это позывной моего друга) никогда меня не подводил.

Слышу Настёну на заднем фоне.

– Борь, Танюшка поможет! Езжай к ней, даже не думай!

– Ладно, высылайте адрес.

Торопливо собираюсь. Сбриваю к чертям трёхдневную щетину, пока младший брат доедает свой завтрак. Везу его в школу. Он хмуро поглядывает с соседнего кресла, разговоров не заводит. Видит, что я не в адеквате последнее время.

Через час паркуюсь возле нужного здания. Обычная девятиэтажка. Весь первый этаж занят разнообразными заведениями. Магазинчики, ломбард, салон красоты, ну и юридическая фирма.

Выхожу из машины. Прохожусь взглядом по панорамным окнам, над которыми находится вывеска с названием юридической конторы. За входной дверью – небольшой холл. Пустой ресепшен. Две двери с табличками. На одной значится: Золотарёва Татьяна Александровна. Стучусь в неё, и в ответ раздаётся женский голос:

– Войдите.

Распахиваю дверь. За столом сидит хрупкая молоденькая блондинка. Слишком молодая для профессионала, которого нахваливали друзья. Она убирает упавшую на лицо прядку. Огромные голубые глаза изучающе пробегают по мне.