Закончив разговор с матерью, Уля отложила телефон и подошла к зеркальной поверхности встроенного шкафа. Ну вот, опять. Она в который раз сделала так, как хотела мама. То, что это в чистом виде манипуляция, Ульяна поняла уже пару лет назад. Что с этим делать – пока не поняла. Она точно знала, что все действия матери направлены на ее, Улино, благо. Так, как это благо понимает мама Ульяны, Екатерина Дмитриевна Лосева. Просто у них с мамой разное понятие о благе.

Уля наклонила голову, наблюдая за своим отражением. А она сама знает, что для нее хорошо, что плохо? Вот у нее юридическое образование. Хорошее. И ей нравится ее профессия, которая кормит, и кормит вполне пристойно. Правда, с последнего места работы она ушла практически со скандалом, с угрозами довести дело до суда – только после этого с ней рассчитались, как положено. Козья оказалась контора. Правда, и опыт там она получила такой, какого у нее до этого не было. И в самом боевом настроении после увольнения замахнулась на должность в такой компании, на которые раньше и не смотрела. И отправила резюме. А оттуда – раз и позвонили. Она прошла заочное собеседование по телефону с рекрутером, потом еще одно – по видеосвязи, уже с эйчаром и c кем-то из среднего звена руководства, но Уля от волнения пропустила его имя и должность. А после Нового года ее пригласили на очное собеседование с самым главным юридическим боссом, в помощники к которому она и будет пробоваться.

Кому надо сказать за это спасибо? Маме. Именно она постоянно внушала ей мысль о важности того, чтобы хорошо учиться, о важности хорошего образования. Она к маминым словам прислушивалась. И училась, училась, училась. Как завещал сами знаете кто. Золотая медаль, красный диплом. В перспективе – очень хорошая должность в очень хорошей компании. Здорово же? Здорово.

Правда, с личной жизнью как-то не очень. Пока подружки-сверстницы крутили романы и бегали на свидания, она корпела над учебниками. Но не маму же в этом обвинять? Стыдно обвинять маму взрослой, почти тридцатилетней женщине. Которая женщиной, к слову сказать, стала всего три года назад. В этом тоже мама виновата?

Конечно, нет. Уля наклонила голову в другую сторону.

Вспомнилось любимое выражение бабушки: «Север маленьких не рождает». Улины корни уходили глубоко в Русский Север, куда-то под Архангельск, к поморам. Но почему-то это правило – про то, что Север маленьких не рождает, – в полной мере решило проявить себя именно в ней, в Уле. Она и жила-то уже не на Севере и только помнила смутно крепкий деревянный дом в деревне, куда ее привозили как-то раз или два в детстве, и вкус чая с брусничным листом, мёдом и клюквой, и пироги, тоже с брусникой.