Суровый мужчина вдруг откладывает бумаги под мышку и приседает на корточки. На его лице появляется добрая, почти детская улыбка.

— Сын и дочка? Вот это счастье привалило, — говорит он, внимательно разглядывая малышей.

— Идите, поздоровайтесь, — мягко говорю детям.

Они робко выходят из-за моей спины и протягивают незнакомцу свои маленькие ладошки. Мужчина осторожно пожимает их своими большими пальцами.

— Какие красивые, — произносит он с восхищением, завидев их наряды.

Я удивлённо улыбаюсь. Образ сурового, строгого мужчины совсем не вяжется с этим добродушным человеком.

— Мы только с фотосессии, — поясняю я.

Замечаю, как мужчина внимательно смотрит на моего сына.

— А как тебя зовут? — спрашивает он.

— Итя. А это Ика, моя сеста, — серьёзно отвечает малыш.

— Витя и Вика, очень мило, — кивает мужчина и снова внимательно смотрит на сына. В его глазах мелькает грусть. Он осторожно гладит Витю по голове. — На Павлика похож. Только Павлик постарше.

— Паик? — удивлённо переспрашивает сын. — Я не Паик.

— Да, это сын моей жены, — поясняет мужчина.

Теперь понятно, почему он так смотрит на Витю. Он просто соскучился по своему мальчику. Это очень мило…

— Сын сены? Кто ета? — не понимает дочка.

— Этот дядя — папа Павлика. Как Савва для вас, — объясняю я как можно проще. Вот же любознательные…

— А-а-а-а, — протягивает Витя и тут же крепко обнимает Нестерова за ногу. На лице сына появляется счастливая улыбка. — Папа!

— Не совсем, — поправляет его Май, резко выпрямляясь. Голос его снова становится грубым. — Но суть та же.

— Было приятно познакомиться, — вежливо киваю и беру детей за руки. — Мы пока сходим в магазин, а вы решайте свои дела.

Нестеров остаётся разговаривать с Маем, а мы направляемся в ближайший магазин. Покупаем воду и возвращаемся обратно. На улице уже никого нет. Нестеров сидит в машине и тщательно протирает руки влажными салфетками.