— Осади лошадей, дорогой! — сцепив зубы, отвечаю ему. — Иначе никакого разговора у нас не получится.

— Юль, зачем ты Лику провоцируешь? Оставь девчонку в покое! — начинает он. — Я же сказал, что у нас нет отношений. Достала твоя ревность!

Он резко поднимает руку, будто хочет ударить меня, я отшатываюсь. Что за день сегодня? Все норовят меня задеть и морально, и физически. Но муж лишь запускает пятерню в волосы, разглаживает их.

— Мы будем разговаривать здесь? На глазах у всего университета? Что ж, давай!

— Нет, поехали домой, — смотрит виновато. — Почудили оба, хватит. Я твою отбивную хочу с молоденькой картошечкой в укропе.

Он делает щенячьи глазки, только что язык не высовывает от старания. Раньше такие его гримасы смешили меня. Мы и не ссорились даже. Надуемся друг на друга, разойдемся по углам квартиры, а через полчаса Мишка первый подваливает с лаской.

Но сейчас у меня такая глубокая рана в сердце, что его ужимкам раздражают. Правда, на упоминание о еде откликается песней желудок. Я вдруг вспоминаю, что ничего сегодня не ела.

— Нет у меня дома! — говорю намеренно резко.

— Юль, не начинай, — кривится Мишка. — Я все равно тебя не отпущу.

— Это мы еще посмотрим! Я не вещь.

Мне неприятен его хозяйственный тон, будто я без мужа пропаду. Не пропаду, дорогой, еще лучше заживу, как только на ноги встану.

— Но поговорить надо, — вздыхает он и опять резко поднимает руку.

Реакция моего тела мгновенная, я закрываю лицо ладонями.

— Ты боишься меня? — удивляется Мишка и добавляет снисходительно. — Вот это номер!

— Не боюсь! — решительно задираю подбородок. — Но и с синяками ходить не хочу.

— Юль, не дури! Ну, что ты, право, как ребенок.

— Или в кафе, или adiós a mi hombre (прощай, мой мужчина).

— Раньше мне так нравилось, когда ты меня называла омбре, — кривится Мишка.

— А теперь звучит как ругательство.

— Ты его заслужил.

Я разворачиваюсь и иду к машине.

Глава 37

Глава 37

Когда Юлька убежала из номера свинг-клуба, я так злился, что сразу не помчался за ней. В душе кипела ярость. Никогда даже предположить не мог, что скромная и воспитанная женушка может, во-первых, затащить меня в такое место порока, а во-вторых, позвать туда еще и Лику. Я оказался между двух разъяренных баб, которые своими истериками и разборками чуть не вынесли мне мозги.

Несколько минут потом мотаюсь по номеру, как тигр в клетке, и матерю всех вокруг. От неожиданного стука подпрыгиваю, а сердце уходит в пятки. Первая мысль — Юля вернулась — молотком бьет в голову.

Я бросаюсь к выходу, распахиваю дверь: в коридоре стоит официант и широко улыбается.

— Позвольте? Ваш заказ.

— Вали отсюда! — рявкаю на него, сейчас могу сорваться на первом встречном. — Я ничего не заказывал!

— Все оплачено, — не сдается вежливый официант.

Он вкатывает столик на колесах, уставленный судочками и бутылками, и исчезает, будто растворяется в воздухе. Только был тут, и уже нет. Я тупо смотрю на роскошные блюда, не понимая, что они здесь делают. Взглядом цепляю бутылку коньяка, наливаю себе полстакана и закидываю огненную жидкость в горло.

Хорошо пошла. Обожгла пищевод, мягко провалилась в желудок. И почти сразу огонь током крови разносится по всему телу.

— Раз так! Раз вы со мной так, — бормочу под нос, опрокидывая в себя один стакан за другим.

Алкоголь помогает расслабиться и принять реальность. Юлька видела рюкзак. Как? Почему? Я тщательно его прятал от глаз жены. Ей и в голову не приходило лазить по моему багажнику и проверять его.

Торт! Проклятый торт и моя забывчивость!

А все Лика виновата. Заявилась ко мне перед концом работы, захотела лично поздравить. Вот и поздравила! Обо всем на свете забыл.

Но Юля! Как она нашла рюкзак?

Голова кружится, слишком много выпил коньяка, но мысли ясные. Набираю номер Лики. С этой мелкой тоже надо разобраться: устроила мне концерт при жене! Девчонка отвечает не сразу, долго слушаю длинные гудки, наконец в ухе щелкает.

— Отвали! — грубит Лика и всхлипывает.

Сердце сразу откликается на горе подружки. Все же нравится мне эта девчонка, будит в душе ураган страсти. С Юлей мне тоже хорошо, но скучно, не хватает эмоций.

— Зая, ты как?

— Отвали! Я не твоя зая, — всхлипывания слышны громче.

— Ты где? Дома? Я сейчас приеду.

— А твоя куда исчезла?

— Не знаю, убежала. Твоему котику сейчас так плохо!

Бормочу жалобные слова, сам себя ненавижу за это, но, (черт возьми!) так хочется, чтобы меня погладили по голове и прижали к пышной груди. Вот разумом понимаю, что это коньяк во мне бунтует, а ничего поделать не могу.

— Я еще в клубе, — всхлипывания сменяются хохотком.

Слышу утробное урчание, будто кто-то рядом с Ликой наслаждается жратвой. Лоб мгновенно покрывается испариной. Представляю здоровенного амбала между ног моей куколки и мгновенно вспыхиваю, как спичка.

Вскакиваю с кровати, где валяюсь, нянча свою обиду, и ору в трубку:

— Где в клубе? Говори! И кто это с тобой?

Но Лика отключается. Я ястребом вылетаю за дверь, несусь по коридору, кубарем спускаюсь по лестнице. Лихорадочно оглядываюсь: везде, куда ни кинешь взгляд, целующиеся парочки. Одна из них — на соседней лестнице. Девица сидит на ступеньке, запрокинув голову, а между ее ног чернеет чья-то голова.

Несусь по залу, расталкивая всех. С разбегу натыкаюсь на преграду. Не глядя на нее, пытаюсь обойти, но меня хватают за плечи и встряхивают.

— Эй, уважаемый, остынь!

Задираю голову: надо мной высится здоровенный детина в форме охранника. Я считаюсь высоким человеком, но то, что передо мной, — настоящая гора.

— Пусти, мне надо!

— Здесь всем надо. Гости пришли расслабиться, — басит детина. — А ты слишком шустрый. Куда спешишь?

Я размахиваюсь, но не достаю охранника ни кулаком, ни ногой.

— Друг, я просто ищу свою девушку, — миролюбиво поднимаю руки. — Видишь, она сидит на ступеньке.

— Вижу, и что с того? Дай человеку насладиться процессом.

— Но я не хочу, — запинаюсь, выглядываю из-за его плеча, на месте ли Лика. — Вернее, тоже хочу… секс втроем хочу.

Наконец нашел нужные слова, соответствующие этому месту.

— Лады. Но я наблюдаю за тобой!

Охранник делает козу из пальцев, показывает ею сначала на свои глаза, потом на мои. Вроде бы шутливый жест, а мороз бежит по коже от ужаса. Иду по залу уже спокойно, но оглядываюсь и все время натыкаюсь внимательный взгляд.

У лестницы торможу. Теперь хорошо вижу Лику. Она сидит, полуприкрыв глаза, и стонет от наслаждения. Мужик между ее ног старается не на шутку. Вот он поднимает голову, видит меня и отрывается от занятия.

— Котик, продолжай, — стонет Лика.

— Давай к нам, — приглашает мужик.

— Зая, как ты можешь? — сипло бормочу я, а мой дружок сразу же делает стойку.

Я впервые в таком месте, где никто никого не стесняется и занимается тем, что ему нравится, грех не воспользоваться приглашением.

Всю ночь мы пили и развлекались, пили и развлекались. Это было сумасшествие, от которого кругом шла голова. Ненасытная Лика отдавалась со страстью и желанием и мне, и незнакомому партнеру в маске. К утру отключились втроем на кровати в моем номере, откуда нас выпроводила администратор, девушка с голой грудью.

Мы ехали в такси. Лика положила голову мне на плечо, а я думал о Юле. Чувства тревоги и вины, приглушенные алкоголем, теперь проснулись и овладели душой и мозгом со страшной силой. Не хотел ведь изменять жене, не хотел…

— Просыпайся, зая, — тормошу Лику у подъезда ее дома.

— Не хочу, — зевает она.

— Давай, я устал, мне еще с Юлькой объясняться.

— А что там объясняться? — лениво спрашивает Лика. — И так все понятно.

— Что тебе понятно?

— Ты — со мной. Она пролетает мимо, как фанера над Парижем.

— Фу, как пошло!

— Может, и пошло, зато верно, — вздыхает Лика и вываливается из такси. — Зайдешь, котик?

Спрашивает, зевая во весь рот. Глаза сонные, мутные.

— Нет, надо выспаться, завтра на работу. Еще и с Юлькой разговор предстоит.

— Ладно, пока!

Видно, что Лика не хочет продолжать тему измены. Она мне не помощник, придется разруливать ситуацию самому.

И как я попал в такое дерьмо?

В день нашей свадьбы я искренне думал, что Юля — единственная женщина, которая одна и на всю жизнь. Любил, как безумный! Ни на кого не смотрел, пока…

Пока на моем пути не появилась Анжелика, будь она неладна!

Долго стою под дверью родной квартиры и не решаюсь войти. Вчера Юлька бросила мне в лицо страшные обвинения. А я, козел, вместо того чтобы догнать ее и вымолить прощение, остался развлекаться в клубе.

Наконец встряхиваюсь и расправляю плечи. Я не виноват! Это она бросила меня в полном раздрае чувств, а потом коньяк завершил разрушение моей души.

Открываю дверь ключом, но дома — тишина. Обхожу комнаты, заглядываю в ванную — пусто. Внутри все сжимается, когда отодвигаю дверь шкафа-купе. Приехали! Полки смотрят на меня голыми вешалками.

День провожу в кошмаре, не выпуская из рук телефона. Все время отвечает механический женский голос, что вызываемый абонент недоступен.

— Юль, ну нельзя же так! Ответь, ответь! — гипнотизирую трубку.

Никогда не думал, что моя тихая Юля может так себя вести. Если бы я знал, в каком аду окажусь, ни за что бы и никогда….

После обеда кое-как дозваниваюсь до Лики.

— Хватит спать! — рявкаю на нее.

— Ты чего такой взвинченный? — спрашивает она заспанным голосом. — Юлька мозги трахает?