- Я как-нибудь справлюсь, - выдавил он, зло отмахиваясь потому что его отвлекали.

- Да? - скептически протянул Серов. - Ну-ну, посмотрим, как ты справишься.

- Посмотрим.

- А то придется мне самому Лизу развлекать.

В этот момент в мозгу как будто что сдвинулось, но его снова отвлекли, и Марк просто рявкнул: - Сделай одолжение, развлекай!

И бросил трубку.

Потом, какое-то время не мог прийти в себя. От разговора с тестем остался поганый осадок, а дела как назло поперли косяком. Не прерваться, носа не высунуть! А изнутри грызет и грызет.

Минут через сорок вырвался, отошел в сторонку и набрал Лизу. Пошли гудки.

Ждал, ждал. Абонент не берет трубку. Сначала просочился тоненькой тревожной струйкой холодок. Но когда это повторилось еще и еще раз, его уже был натуральный ужас. Лиза. Что могло случиться такого, что она не берет трубку? Ведь утром уезжал, все было хорошо?!

Она там одна, а он тут!

Бросил все к чертовой матери и рванул туда, к ней. Всю дорогу не находил себе места. Раньше Марк думал, что быстро ездит, и был доволен собой. Теперь он приехал эту дорогу почти за час быстрее, но она показалась ему бесконечной.

***

Подъезжал к забору дачи, сердце выпрыгивало от нетерпения и сжималось дурным предчувствием. Но он отметал его, как старательно отметал неизвестно откуда берущееся чувство пустоты.

Влетел на террасу, а его не встретил никто. Дверь закрыта. Пустота наступала на него, наваливалась!

Хорошо, сказал он себе и вошел в дом. Она могла выйти, Марк вспомнил, как Лиза рассказывала, что у нее тут какие-то подружки. Не надо сразу думать худшее.

- Худшее!!! - орало его подсознание. - Нах*** ты вообще одну её оставил??? Нах***???!!!

Тихо в доме. Никого. Тихо. Страшно. Она же не могла где-то ходить ТАК долго. Не могла. Или могла?

Застыл в прострации у стола, рука потянулась к корзинке с яблоками, пальцы скользнули по плетенке. Телефон! Он лежал у самого бока корзинки. Лизин телефон.

Марк на него уставился. Это что же, она без телефона из дому вышла? Забыла? Потому не слышала? Может... с сетью что-то? Кинулся смотреть входящие, и чуть не обезумел. Его восемь не принятых, а до того звонок от Олега Серова.

Он замер, поднося кулак ко рту. Пальцы сжались так, как будто он хотел их в пыль искрошить. А голове ничего. Никаких мыслей. Холод. Дикий холод.