- Ну вот ты и созрел, парень, - прервал его Серов.
Марк осекся, не понимая, что тот несет. А старик немного сгорбился, наклоняясь вперед, и медленно заговорил:
- Мне не нужны «Лизинки». Я тебе их отдал, уговор есть уговор.
Бл***, как стало горько... Сейчас скажет, сделка не имеет обратной силы. Марк готов был взвыть. И вдруг услышал:
- Лиза к матери поехала. Навестить. Сильно переживала, что телефон забыла.
В ушах звоном отдалось это: сильно... сильно...
- Ждет она тебя. Если поторопишься, успеешь на ближайший рейс.
Он уже подскочил, но присел обратно.
- Зачем ты это сделал, Феликс Альбертович? - взорвался. - Какого хрена вообще все это было?!
- Зачем? - выпрямился в кресле. - Объяснять долго, Марк. У меня очень мало времени. И я должен был убедиться, что оставляю свою дочь не циничному пользователю себе на уме, который выпьет всю её молодость и ничего не даст взамен. А тому, кто будет её любить. Сделает счастливой. Понимаешь?
Короткое молчание. Звенящее, наполненное смыслом. Старик выглядел так величественно и почему-то трагично. Наконец он качнул головой:
- Ладно, иди, давай, а то опоздаешь. Билет тебе заказан, там... возьмешь. Тебя отвезут.
Марку много чего было на это все сказать. Но время поджимало, бегом бежать надо, если он действительно хотел успеть.
***
- Ага, беги, беги, - хохотнул ему вслед Феликс Серов, мгновенно превращаясь в лукавого старого черта. - Если она еще захочет тебя видеть.
Потом подошел к окну, долго стоял, глядя в окно. Через некоторое время обратно сел за стол, и так и сидел, пока ему не доложили, что водитель вернулся. Значит, Марк все-таки успел, и уже вылетел. После этого Серов вытащил из внутреннего кармана пиджака гаджет, набрал номер своего адвоката, того самого, и попросил, чтобы позвали к телефону его дочь. Услышав в трубке встревоженный голос Лизы, проговорил:
- Летит он к тебе, Лиза.
И отключился. Пусть дальше разбираются сами. Молодые.
А ему предстоял еще один бой.