— Да, — отвечает.

Что же…

Встаю с кровати, поправляю рукава рубашки.

— Я тебя услышал, — подхватываю свой телефон со стола и иду на выход. Больше мне здесь делать нечего. Раз она не хочет — я пытать не буду. Я тоже человек. И у меня есть чувства. — Возвращаемся в деловые отношения. Жду завтра на работу. Тебе всё ещё нужно отработать долг за машину.

— Но…

Я оборачиваюсь, поправляю запонки, которые хочу выдернуть изо всех сил и бросить на пол. Раздавить. Лишь бы гнев куда-то выплеснуть.

— У нас договор. Полгода. Сколько прошло? Три месяца. Один из которых ты профилонила. Так и быть — я зачту тебе его в уплату долга. У тебя ещё три месяца. И я завтра жду тебя на работе, если не хочешь, чтобы срок вырос.

Раз, не хочешь, Ася, так тому и быть.

Ничего, забуду.

Мне не в первой.

Ася

Провожаю Тимура взглядом и поджимаю дрожащие губы. Пытаюсь уговорить себя, что так будет лучше. Да, я понимаю, что по уши в него влюблена, но… Мы разные. Правда. Мы не понимаем друг друга, не слышим.

Если мы ссоримся из-за таких пустяков как Давыдов… Что нас дальше ждёт?

А если я скажу, что беременна? Он пошлёт меня на аборт с фразой: «Дети у меня уже есть, больше мне не надо»? Я уверена, Тимур так не скажет, но… Не знаю, что от него ожидать. Но испытывать больше эту рулетку я не желаю.

Поэтому, шмыгнув носом и чуть не расплакавшись, поднимаюсь на второй этаж. Падаю в кровать, зарываюсь в подушку и плачу.

Возможно, это был импульсивный поступок, но…

Я думаю о своём будущем. Не хочу жить на пороховой бочке. Поэтому… Так будет лучше. Я уверена.

* * *

Через два дня я выхожу на работу. Тимур, как я и хотела… Стал относиться ко мне как к официантке. Не флиртовал, не шутил. Вообще практически не вызывал к себе. Теперь кофе ему носит другая официантка. А я работаю в зале. Изредка вижу его. И это вроде должно утешать…

Скоро чувства утихнут.

И всё будет нормально.

Всё выровняется.

А, может быть, и нет…

Хотя, я вроде и отшила его первая, но всё равно эту тягость чувствую на душе. Мне хочется подойти к нему, обнять, подшутить над ним и уйти.

И всё хуже становится. Настроение падает вниз в геометрической прогрессии. И дело не только в Бахрамове, который делает так, как я и хотела.

Но и… В задержке критических дней, которая немало меня пугает…

Глава 31

Глава 31

— Это всё ты! — недовольно говорю в трубку телефона.

— Ну, прости, это не я не предохраняюсь, — язвит Вика в трубку. — Точнее я, но… Так, чего это ты на меня всё сваливаешь? Ещё же ничего неизвестно!

Я захожу домой, достаю из кармана тест на беременность и скидываю с себя куртку. Покупать его было волнительно, чем делать. Наверное. Я ведь его ещё не испытала.

— А если я беременна буду?! Это от тебя воздушно-капельным путём передаётся. А я вот знала, что не надо было нам встречаться и отмечать мой приезд соком.

— Надо было просто следить, — упрекает подруга. — Ну что ты, сделала?

— Ещё нет, — прохожу в дом и иду в туалет. — Я только пришла. Давай перезвоню, ок?

— Жду.

Вика отключается, а я… Нет, не иду делать тест. Ещё много хожу по помещению, меряя его длину своими шагами.

Ну, делать тест намного страшнее, чем заниматься, ну… Что мы делали с Тимуром.

Я только не пойму, как это могло произойти? Он ведь предохранялся. Я видела.

А может, он меня обманул? Не думаю…

Захожу всё же в туалет. Делаю все манипуляции дрожащими руками.

Опять звоню Вике. Слушаю её спокойный голос.

Капец, договорилась. Только недавно говорила «спасибо» жизни, что не беременна, в отличие от подруги.

Но ведь и сейчас не факт!

— Ну что там? — спрашивает.

— Смотреть боюсь, — произношу честно. — Я перезвоню. Боюсь разрыдаться в трубку.

— Окей…

Оборачиваюсь к стиральной машинке, на которой лежит тест и зажмуриваюсь.

Страшно, чёрт!

Ладошки потеют, а сердцебиение учащается.

— Пожалуйста, только отрицательный!

Я с каким-то страхом открываю глаза и смотрю на тест.

Кажется, мы с моим боссом жутко заигрались, раз я сейчас стою и сверлю взглядом пока что одну полоску. Наверное. Второй точно не вижу.

Капец….

У меня сейчас сердце остановится.

Я не думала, что в свои двадцать один вообще буду беременна. А отцом и по совместительству первым мужчиной станет этот циник и подонок. Да, мой босс.

С которым… Я поругалась.

И как это всё будет выглядеть? Тимур, давай снова сойдёмся, я тут малыша жду? Это странно! И подло!

Я бы не сказала, что не хочу ребёнка, но… Так рано? Ещё и без отца. После того, что я наговорила Тимуру — вряд ли мы сойдёмся.

И надеюсь, что я всё же не беременна…

Зачем я вообще тогда так неудачно отомстила ему? Нет, месть хорошая — поцарапать машину было легко. Но последствия… Ужасны.

Что-то мы переборщили.

И игра в жениха и невесту сейчас выливается в ЭТО…

На белой полосе появляется вторая красная чёрточка. Режет прямо как нож по коже.

— Вот чёрт… — срывается с губ.

Это катастрофа.

Пальцы подрагивают, дотрагиваются до живота.

Быть не может.

И что теперь делать? У меня теперь ребёнок в животе! Я сама как ребёнок! А всё из-за… Тимура!

Чем он вообще думал, когда стягивал с меня платье? Остальное?

Но как же?..

Меня словно током бьёт.

Ванная! Точнее, душевая кабина! Когда мы поругались. Перед этим же… Конечно, никто не предохранялся! Вот я дура… Как я могла забыть об этом?

Конечно… Тот чудный момент перекрыла наша ссора.

Он вообще рассчитывал, что наша игра зайдёт так далеко?

Ребёнок был выдуманный! Вы-ду-ман-ный! Понарошку! Для публики! Мы собирались разбежаться…

А что теперь?

У нас будет реальный, мать его, малыш!

Что он скажет на это? Бросит меня с ним? Скажет, что я сама виновата, раз мы расстались? И даст денег на аборт? Я не знаю. И жутко боюсь. Остаться одной.

Это будет и так. У нас… Всего лишь фикция. Теперь так точно. Когда я… Наговорила ему всё это. И теперь я всего лишь отрабатываю долг. И всё. И так и так останусь без него.

И боюсь этого всего.

Но ещё сильнее страшусь сказать его дочери, что жду ребёнка от её отца. Да, я не обязана, но… Та, что вставляла мне палки в колёса скоро обзаведётся сестрёнкой или братиком.

Нет, аборта я точно делать не буду.

Даже если буду матерью-одиночкой.

Чёрт… Я ведь обещала и Вере, и себе, что всё будет нормально. Ничего серьёзного.

Но у нас произошло уже столько…

Что не знаю, что делать.

В каком-то тумане достаю телефон. Нервно поглядываю на ясно проявившуюся красную полоску.

Честно? Волнуюсь и трясусь.

Я расскажу Тимуру.

Что он скажет? Ему не нужен этот ребёнок? Но ведь наверняка так… У него дочь уже взрослая. Плюс Лиза… Девушка его. Губошлёпка та.

А тут я…

И вообще, он сам виноват! Что вот тогда взял и как… Накинулся, как зверь!

Я всё же звоню ему. Понимаю, что это странно. Сначала наговорить ему столько всего, а потом… Звонить и говорить ему такие слова. Неловко. Смущающе.

Жду протяжные гудки, душащие с каждой секундой всё больше.

— Тимур, — выдыхаю его имя, как только гудки обрываются. — Я тебя ненавижу.

И он знает это.

— Добровольская, с каких пор мы на «ты»?

Он обижен, понимаю.

Я сама поставила такие границы.

— Я… Должна тебе кое-что сказать.