Сейчас она чувствовала: сил у нее больше нет и впереди одна тоска и безнадежность. Сколько ей еще надрываться и лезть из кожи? У нее на руках братишка, ей надо платить за уроки в студии! И до осуществления заветной мечты как до неба! Сколько девушек в восемнадцать лет живут, забот не зная! Учатся себе, если есть желание. Разве Клара не хотела бы тоже поступить в университет, интересоваться политикой, философией, читать книги, говорить об искусстве с подругами за чашкой кофе, танцевать на дискотеках? Но у нее нет выбора. У мамы хроническая депрессия. Конечно, она ходит по домам, убирает, но денег, которые она зарабатывает, хватает на плату за квартиру и на еду недели на две. А все остальное на ней, Кларе… Девушка закрыла глаза, и мало-помалу мечты вытеснили из ее головы заботы. Настанет день, и она отсюда уедет. Станет танцовщицей, будет заниматься делом, которое любит больше всего на свете. У нее есть талант. Но таланта мало, конкуренция жесткая, устроиться трудно. Целеустремленность, твердость, сила характера — вот подспорье ее таланту, они увеличат ее возможности во сто крат, помогут ей преодолеть препятствия. В мечтах Клара уже видела себя на сцене, перед публикой, которую завораживает пластикой.
И вдруг почувствовала: она не одна в комнате.
— Клара!
Она с трудом разглядела в потемках брата.
— Кевин? Чего тебе?
— Мне… это… не спится…
— Хочешь ко мне под бочок?
— Знаю, мне уже не три года…
— Давай устраивайся, — шепнула сестра и улыбнулась.
Кевин лег и укрылся одеялом.
— Думаешь, завтра опять начнется? — спросил он.
Клара обняла его.
— Кто знает, но ты не волнуйся, я провожу тебя в школу, потом встречу.
Она коснулась губами волос на макушке и вдохнула сладкий запах детства.
— Мама у нас сошла с ума.
Признание очевидности, да еще ночью шепотом, да еще после тяжкого дня больно задело Клару.
— Нет… Ты же знаешь… Мама, она…
— Ну да, болеет… Потому и сошла с ума, что болеет…
— Как прошел день в школе? — поспешила переменить тему Клара.
До чего же ей не хотелось увязнуть вместе с Кевином в болезни матери!