– Ты бы лучше сам признался бы, всё ж сидеть поменьше.

– Только попробуйте…

– Он ещё и угрожает!– усмехнулся Буров.– Совершил преступление, изволь отплатить.

Соломину надоело повторять, что он не убивал, поэтому он просто отвернулся.

– Ты говоришь, что отпечатки на сумочке остались после того, как ты подал её Тимофеевой?

– Да, когда стеклил у них балкон.

– А Глебов говорит, что он ничего такого не видел.

– Ясен хрен, он раму в это время вставлял.

Буров снова усмехнулся, но говорить ничего не стал.

– Тебя в том районе знают?

– Наверное.

– Когда ты шёл на дело, ты встретил какого-нибудь знакомого?

– Нет, я… Да чёрт! Что вы меня путаете? Какое ещё на хрен дело? Спал я в это время, спал.

– Ну-ну.

– Да что вы к словам-то придираетесь?

– Мы не придираемся, мы просто спрашиваем.

– Давно пьёшь?

– А какое это имеет значение?

– Ладно. Ты когда напьёшься, буянишь?

– Да что вы…