Вернувшись к сундуку с казной, обер-штер-кригс-комиссар написал обстоятельный отчет в Адмиралтейств-коллегию. Подал начальнику — адмиралу Головину и в нем разобрал и разъяснил все случаи неправильных действий морского командования и адмирала Гордона в особенности. Но граф Николай Федорович Головин сам много лет провел в Англии, где сначала учился, а потом служил волонтером в английском флоте. И он положил отчет не в меру ретивого обер-штер-кригс-комиссара под сукно. «Адмирал Головин сам был аглинскаго духу и адмиралу Томасу Гордону искренний друг». Это из дневника соймоновского. Фраза написана еще в те времена, когда президент Адмиралтейств-коллегии был к своему обер-штер-кригс-комиссару «склонен и милостив».

2

2

В конце 1734 года Федор Иванович — снова в Кронштадте, возглавляет «следствие растерянного мундира». И поскольку дело это оказалось долгим, к нему туда приезжают жена и дети. Весь 1735 год прошел в непрерывной интендантской работе. Постепенно Соймонов становится заметной фигурой в Адмиралтейств-коллегии. Но еще быстрее растет Артемий Петрович.

В 1736 году указ: «Февраля 10‑го, с изложением указа за подписанием кабинет-министров, о назначении обер-штер-кригс-комисара Федора Соймонова быть при действительном тайном советнике бароне Шафирове у рассмотрения и окончания порученных Шафирову дел».

Далее шла речь о судьях Сибирского приказу, о бывшем иркутском вице-губернаторе Жолобове, бригадире Сухареве и прочем.

Артемий Петрович метил на должность обер-шталмейстера, оставшуюся вакантной после смерти графа Карла Левенвольде. Но императрица предпочла князя Александра Куракина. Волынский понимает, что ему одному желаемого положения не добиться. Нужна «партия». И он начинает присматриваться к окружающим. Честный «трудяга» обер-штер-кригс-комиссар, хорошо памятный ему по делу мичмана Мещерского в Астрахани, не мог ускользнуть от его внимания. И он дает понять Соймонову, что благоволит к нему и что скоро тот это почувствует...

И вот — запись в журнале Адмиралтейской коллегии: «7 марта (№ 937). Слушав из Кабинета Ея И. В. сообщение, в котором объявлен именной Ея И. В. указ, чтоб для некотораго нужнейшаго дела обер-штер-кригс-комисару Соймонову в иностранной коллегии явиться, чего ради по силе оного Ея И. В. указа велеть ему, Соймонову, во оной коллегии иностранных дел явиться немедля, и на оный указ в кабинет Ея И. В. взнесть доношение с таким представлением, что в экспедиции морского комисариата за отбытием в Тавров отправленнаго генерал-кригс-комисара князя Голицына имел управление помянутый обер-штер-кригс-комисар Соймонов, а ныне и он, Соймонов, от коллегии иностранных дел для нужнаго дела по именному Ея И. В. указу отправляется, чего ради всеподданнейше Ея И. В. просить, за отбытием оных генерал-кригс-комисара и обер-штер-кригс-комисара во оной экспедиции морского комисариата к управлению дел употребить повелено будет...»