Катька всячески помыкала им и другими парнями, но можно с полной уверенностью сказать, что Борис был ее любимчиком. Он уделял ей больше всего внимания, всегда был готов помочь выполнить любое задание, любую просьбу. Да и домашние задания не она себе делала, а Борис, так как он был самым умным в классе. В награду за это она всячески заигрывала с ним, как это подобает детям, дразнила его, увлекала за собой, подавала ложные сигналы. Борис был слеп от влечения, и слепота эта продолжалась до девятого класса.

Слеп он был, потому что именно в момент первой любви Борис «родился». Всю свою жизнь, до наступления этого чудесного явления, Борис был замкнут. У него было не то чтобы много знакомых – можно сказать, их и не было вовсе. Он чувствовал себя чужим среди людей, но одновременно с этим ощущал в себе нечто таинственное. Нечто, дающее ему осознание своей важности во всем круговороте мироздания. Он чуял свою необходимость для этого мира, и знал, что, несомненно, станет великим человеком. Но именно в момент первой любви он и потерялся, отбросив все эти мысли о высшем, позабыв о них, отдавшись всем своим естеством крыльям любви, которые и унесли подобные рассуждения куда подальше, на долгие-долгие годы.

Борис действительно начал жить, ощущая каждую травинку этого мира, каждую песчинку на земле, принимать своими волосиками на руках каждое дуновение мягкого ветра. Борис был поистине счастлив жить. Жить, чувствовать, осознавать. Но одновременно с этим он лукавил самому себе, ведь выбирая между желанием жить, не замечая всех проблем человеческого естества, и несчастным проживанием среди людей полных несовершенства, намного легче выбрать первый вариант.

Настал выпускной вечер, и Борис всё-таки решается отдать Кате свое сердце на веки вечные. Безусловно, скажете вы, глупо так поступать в его возрасте, но Борис знал, что уж что-что, а в этой жизни всякое случается. И вот настал тот час. Он узнал у Катиных подружек, куда она подевалась с празднования. Они направили его в сторону женского туалета. Борис отправился туда. Подходя к туалету, он услышал сдержанный, льющийся по ушам смех Кати, настолько нежный, что всему организму становилось хорошо от осознания, что она чем-то очень довольна. Но завернув за угол, он увидел то, что и стало причиной его «смерти».

Катю у стены обжимал, целуя в шею, один из одноклассников – Антон. Антон Павлович был еще тем мерзопакостным куском навоза. Мерзкий, любящий издеваться над младшими пацан, которого все учителя считали человеком откровенно отсталым. Антон жил такой жизнью, что к нему весьма корректно бы подходила та обзывающая рифма про контрацептив.