Мой дед, Баев Петр Степанович, был немного грамотным человеком. Хорошо читал печатный текст. Немного разбирался и в писанине, даже чуть- чуть писал. Замечательно играл в шашки. Но самое главное, он прочно шил обувь. Я имею в виду рабочую обувь. Даже из других деревень приносили к нему шить сапоги. Грамоте он научился в армии. А служить ему пришлось долго. Награды, полученные на войне, хранил до последних дней жизни.

Хотя и трудно было, а все же своему сыну Степану (моему отцу) он дал небольшое образование. Отец мой окончил Портнягинскую трехлетнюю церковно-приходскую школу. Окончил школу на круглые пятерки. Даже ни одной четверки не было. Свидетельство отца об окончании этой школы хранилось долгие годы. Утеряли его во время войны 1941 -1945года. Отцу моему тоже пришлось послужить в армии и быть участником первой мировой войны. С войны же он вернулся целым и невредимым. А вот в гражданской войне участвовал он или же нет, так и не знаю… Отец мой о войне нам детям вообще ничего не рассказывал. Мать же моя была совершенно неграмотная женщина, даже расписываться не умела. В школе учиться ей не пришлось. Одно время, когда проходила ликвидация безграмотности, и ее включили в список. Но ничего не получилось. Уговорить ее так и не могли. Чтоб ходила на занятия. А ведь в то время она была не так уж стара. Вполне можно было усвоить хоть немного грамотности.

Не помню уж точно, или 1928 году или 1929 году, моего отца избрали секретарем Портнягинского сельского совета. Это были самые трудные годы работы. Борьба с кулачеством, коллективизация, саботаж, вредительство и что только не было.. Но передовые люди села, несмотря ни на какие трудности, сокрушая все на своем пути, шаг за шагом шли к своему светлому будущему, ведя за собой остальную крестьянскую массу, много было труда, и ошибок, и промахов.

В 1929году мой отец один из первых вступил в Коммуну «Красные орлы». Дед сначала был против, просил отца обождать немного, посмотреть со стороны, как она будет жизнь-то там идти. Но отец был неумолим, и дед сдался. Только и сказал: «Как лучше, так и делай».

В 1930 году меня отдали учиться в школу. Вместе со мной пошла, учиться и моя сестра Маремьяна, которая была старше меня на пять лет. Жили так, что раньше ей никак не пришлось пойти в школу вместе со своими сверстницами. С каждым годом семья прибывала, и кому-то надо было водиться с малышами. Правда, у нас еще была бабка, но она совершенно слепая. Ослепла она, когда отцу было всего четыре года. Хотя она и была слепая, но она не сидела, а что-нибудь да делала. А делать она почти все могла. Доила корову, пряла и ткала, даже шила.… И что удивительное, что она сама, без посторонней помощи, вдергивала нитку в иголку. И так это ловко делала, что все удивлялись.