Светлана Ильичёва Латвия моей судьбы

Светлана Ильичёва

Латвия моей судьбы

От автора

От автора

Не претендую на обобщения. Но не могу промолчать, прожив 50 лет в Латвии, в пору её расцвета, в девяностые годы испытав тяжёлую смену эпох, неожиданный удар по семье скоропалительного закона о реституции; похоронив мужа…

Сейчас в Латвии торжествует агрессивный национализм, беспрецедентная русофобия. Затихло разноязычье голосов. По-русски говорят шёпотом.

Но остались в памяти, в газетных и личных архивах встречи, общения с лучшими людьми Латвии, ставшими её гордостью, её золотым фондом. Многих уже нет в живых. Я писала о них очерки, статьи, заметки, была популяризатором науки в республиканской газете «Советская Латвия», публиковалась во многих других изданиях. Интересовали научные исследования, взаимоотношения человека с природой, памятники истории и культуры.

В этой книге мне удалось собрать только некоторую часть публикаций, которые сохранились во времени и пространстве житейских передряг. Жаль, что утрачен давний очерк об академике Яне Павловиче Страдыне, очень уважаемом в Латвии учёном, историке науки, достойном наследнике своего легендарного отца, «народного лекаря» Павла Ивановича Страдыня. Нет и моих принципиальных статей о мемориальном уважении к историческим реликвиям и личностям. Но вот что предлагается для прочтения: мои очерки и статьи — фрагменты жизни Советской Латвии, которой уже нет.

Глава 1. Дворец среди полей

Глава 1. Дворец среди полей

Среди архитектурных творений Варфоломея Растрелли есть, пожалуй, единственное, не претерпевшее никаких позднейших изменений, никогда никем не перестраивавшееся, в отличие от многих других. Это Рундальский дворец на территории Латвии, близ районного центра Бауска. Растрелли создавал его в начале своего творческого взлёта, пробуя силы в живописной архитектуре.

В 1736 году он приехал в Курляндию по приглашению герцога Бирона, и остался здесь на несколько лет, точнее до 1740 года. В эти годы он занимался сооружением двух дворцов — в Митаве (Елгаве) и на бироновской мызе Ругенталь — ныне местечко Пилсрундале.

Митавский дворец впоследствии несколько раз перестраивался, и сейчас лишь немногие черты этого строения напоминают о почерке Растрелли. Кроме того, ещё в 1744–1750 годах, когда Растрелли руководил строительством Аничкова дворца в Санкт-Петербурге, императрица Елизавета приказала вывезти туда из Митавского дворца всё ценное, даже двери и лепные украшения. Сильно пострадал он и во время Великой Отечественной войны.