– Ты попробуй. Не получится, фонари используем.

– А чего не сразу фонари?

– Делай что сказано! И не зли меня, Серый, в морду дам!

– Если бы не двадцать штук, обещанных Русланом, хрен бы я поехал сюда.

– А куда бы ты, Сережа, делся?

Лампу зажечь не удалось. На стол поставили два фонаря. Самохин выложил из сумки три банки тушенки, нарезанный хлеб в пластиковом пакете, ложки и литровую бутылку минеральной воды.

– У меня и водочка припасена, – сказал он.

– Я тебе дам водочку! – повысил голос Жгут. – Никакого бухалова! Вечером выпьем, когда после дела в город вернемся. А кто тебе, Самоха, разрешил водку брать?

– Так этот пузырь давно в сумке лежит. Неприкосновенный запас.

– Засунь его подальше. – Он вытащил нож, вскрыл банки. – Хаваем! И аккуратно, чтобы никаких следов.

Коганов проворчал:

– Так они один черт останутся. Пыль на стол не вернешь.

– Вы пальцы не оставьте, остальное ерунда.

Троица перекусила быстро.

Пустые банки, ложки, бутылку и пакет Самохин убрал в мешок, потянулся и сказал:

– А, в натуре, пацаны, тут бекасов вроде как меньше.

– Спать ложимся. Я у окна.

Парни улеглись на лавки не раздеваясь. Они уснули, когда уже начало светать.

Первым встал Жгут и вышел на улицу. Сегодня было прохладней, чем вчера. Небо в рваных облаках серого оттенка, горизонт с юга затянут тучами.