После отъезда Титова с Рафиком, так артистично сыгравших роль обслуживающего персонала, Игорь долго сидел у дивана, пристально глядя на осунувшееся, бледное лицо Ситниковой, которой еще в госпитале было дано снотворное и которая продолжала крепко спать.

«Как знать, – думал он, глядя на гостью, – сколько девиц можно было бы спасти в застойные годы, не будь этого мифа о том, что проституции при социализме нет. Как стыдливо замалчивалась эта тема на газетных и журнальных полосах».

Захаров медленно достал пачку сигарет и, откусив фильтр, закурил. Он вспомнил, что даже в учебниках криминологии застойного Советского периода утверждалось, что проституция, как и наркомания, есть только в загнивающем капитализме. Его как и сослуживцев всегда коробило от всего этого. Можно было подумать, что если бы общество узнало об этом, то это известие «подорвало» бы морально-нравственные устои страны. «– Что за времена были? Строили коммунизм, верили в светлое будущее, терпели все беды и невзгоды из-за этого. А что общество получило в итоге? – думал Игорь, дымя сигаретой. Развал страны, экономики, армии, перевернулись устои, ценности. Чему сейчас молятся табуны молодых, опустившихся духовно юнцов? Шелесту денежных знаков и. похоже, их больше ничего не интересует».

Захаров, поморщившись, встал и подойдя к окну, стал задумчиво рассматривать соседские участки.

«Все правильно, если нет проституции официально, то и бороться с ней не зачем. Начальники и начальнички всех рангов старались «закрывать» глаза на все эти уродливые проявления. Вот и получилось, что на деле с проституцией пытались бороться менты, не имея ни законодательной базы, ни желания признавать очевидные вещи. В результате имеем то, что имеем. Какие-то ублюдки с желтыми ногтями правят балом, жируют на чужих бедах и смеются над потугами общества».

Игорь, задумчиво посмотрел на пакет, оставленный Рафиком на подоконнике, с медицинской картой Ларисы.

Протянув руку, вскрыл пакет, бегло просмотрел записи.

«…Больная… тридцать лет. Поступила в психоневрологическое отделение… Диагноз «истерия». Развивалась нормально… Окончила… Работала… Замужем с 28 лет. Было две беременности… – С мужем живет плохо. Считает себя больной с 23-летнего возраста, появились «судорожные припадки», в начале редкие, затем участившиеся. Они всегда возникали после волнений. Непосредственно перед поступлением больной в стационар, припадки участились. Во время пребывания в стационаре у больной так же были припадки по самым незначительным поводам, в связи с внешними раздражителями. Отмечается, что при падениях во время припадков никогда не ушибается. Тонические судороги…, колонические судороги…, издает нечленораздельные звуки. Зрачки во время припадка вяло реагируют на свет. Оборонительная реакция на сильные болевые раздражения сохраняется. Все, что происходит во время припадка, больная помнит. Ясность сознания после припадка возвращается сразу. Со стороны… и неврологического… отклонения от нормы не выявлено.