По крытому крепостному валу выбегаю на равелин. Вот здесь сейчас будет цирковой номер, вредный для коленей. Интересно, умеет ли Хитров восстанавливать убитые суставы?

Разгоняюсь и прыгаю со стены, прямо на траву. А ведь тут когда-то было отличное место, чтобы позагорать...

— А-а-а, тварь... — прошипела мне на ухо Лысая.

Забираюсь на Иоанновский мост и бегу на Кронверкскую набережную.

На стены Петропавловской крепости выбежали вражеские бойцы, но до меня донеслось чьё-то требование не стрелять. Видимо, поняли, что я обзавёлся оберегами. Или лысая девица чем-то дорога им.

/2 мая 2022 года, г. Санкт-Петербург, станция «Василеостровская»/

— Р̀асскажи мне, шув, — произнёс я, ступая по тоннелю метро, — чем наш остр̀ов стал вам немил?

— Как ты меня назвал, сучёныш?! — начала возмущаться Лысая.

— Лысая, — усмехнулся я. — Я не знаю, как тебя зовут, поэтому буду звать Шув.

— Зачем я тебе? — спросила женщина.

Весит она что-то около семидесяти килограмм, что хоть как-то объясняет её повышенные качества в ближнем бою. Будь она пятидесятикилограммовой, вырубить её было бы легче, чем недоедающего подростка. А так, у неё есть развитые мышцы, видно, что когда-то интенсивно тренировалась, скорее всего, с мечом, а до недавнего времени применяла фехтовальные навыки на практике.

— Любыми доступными способами узнать сведения о сообществе скотоложцев, более известном как «Бр̀игада», — произнёс я. — Похоже, что ты занимала в этом сообществе не последнее место, ты же сюпр̀эм. (2) Это значит, что ты знаешь очень многое о своих.

— Но это не значит, что я тебе хоть что-то скажу, — презрительным тоном ответила Шув. — Я не стучу.

— Все так говорят, — усмехнулся я, — до того, как им выдир̀ают ногти или пор̀тят личико остр̀ой бр̀итвой.

— Вот и узнаем, — не очень уверенно произнесла Шув.

— Почему ты лысая? — спросил я. — Имидж такой? Не лень брить голову каждый день?