Мы добрались по дорожке до уходящей вниз лестницы, спустились и, пройдя по туннелю, оказались внутри «кольца» трека.

Тут уж у меня конкретно захватило дух. Хотя автодром и был поменьше, чем в Сочи, здесь он возвышался отдельно от города и производил впечатление сам по себе, а не в комбинации с Олимпийским парком, в который была вписана Германом Тильке наша трасса.

А может, это во мне любопытство говорит. Чужое ведь часто кажется более привлекательным, чем своё…

— Никита ещё не приехал? — спросил Джордж у своего инженера, и я невольно навострил уши.

— Не знаю. Нет, наверное. Я скажу Оливеру, но, по-моему, вы сможете начать вдвоём. А Ника с Каллумом попробуем в дневной сессии.

Оливер — это руководитель команды. Оливер Оукс, если полностью. А Ник — это сокращение от Никиты…

— О'кей, спасибо.

Понятно. Значит, Мазепин решил повыделываться. Блин, лучше бы все с утра подтянулись, а пока кто-то, другие поизучали бы телеметрию. Ничего, трасса расставит всех по местам. Кто какого заслуживает.

Я трезво оценивал свои шансы. Главным спонсором «Хайтека» стал «Уралхим», компания отца Никиты, вкачавшая в этом году в команду, очевидно, не один миллион долларов. Так что эта кандидатура была одной из главных. Джордж, как я знал, не подкачает, поэтому и ему будет суждено провести сезон в серебристом болиде. А вот насчёт третьей машины, до которой «Хайтек» собирался расшириться, всё было не так однозначно.

В моём старом мире третьим боевым пилотом команды стал тогда Бен Барникот, двадцатилетний на тот момент британский гонщик, выигравший чуть ранее Осенний кубок «четвёрки» у себя на родине. Надо сказать, достойное приобретение: в ноябре его прочили в «Прему», но, видимо, Бен чем-то не угодит Лоуренсу Строллу[4] — и будет вынужден искать место где-нибудь ещё.

А пока что на место в «Хайтеке» претендовали я и другой британец — Каллум Айлотт. И выбор, кого подписать, будет определяться быстротой на круге и общей стабильностью. Надеюсь, за последние два месяца я не утратил ни того, ни другого…

Вот и паддок. Святая святых в гоночный или тестовый день, куда обычно можно попасть только по спецпропускам. Сейчас тут был исключительно персонал команд — ну и такие, как мы с Джорджем, кандидаты на участие в «трёшке».

Грузовики с логотипами коллективов стояли на широкой площадке компактными кластерами; серебристые хайтековские — дальше всех. Всё же третье с конца место в командном зачёте прошлого сезона — это вам не ёж чихнул, а реальный «эпик фейл». Весь следующий год за это расплачиваться неудобным расположением боксов и трейлеров с палатками.