— Не делай глупостей.

— Клянусь сердцем.

— И если кто-то помешает — стреляй, — говорит Коннор. Я киваю, и он отпускает оружие. Медленно и осторожно забираю его из рук. Бросив последний оценивающий взгляд, он поворачивается и шагает прочь по пустынной дороге.

— А что, если твой друг мне помешает? — кричу я ему вслед.

— Пристрели его. Целься в коленные чашечки. Остальная часть его тела может пригодится.

Я улыбаюсь и засовываю пистолет в сумку, прежде чем перевожу взгляд на озеро. Вижу мягкое свечение водонепроницаемого фонарика под рябью на поверхности. Вскоре слышится приближающийся звук двигателя, и к моему «Эскалейду» подъезжает эвакуатор. Конор усердно погружает машину и, как только заканчивает, направляется к берегу, чтобы дождаться своего напарника.

Всего через несколько мгновений на поверхность всплывает тело, за которым следует мой недовольный Темный рыцарь.

Мое сердцебиение учащается, когда он выплевывает регулятор и хватает труп одной рукой, таща его к берегу. Я тереблю ремешок своей сумки, наблюдая за его успехами. Весь вечер его пристальный взгляд был как клеймо на моей коже. Даже сейчас, хотя я и не могу проследить за его взглядом с такого расстояния в ночи, я все еще чувствую, как он режет меня, словно невидимый клинок.

Почему меня волнует, как он смотрит? И о чем думает?

Он ничего обо мне не знает. Не знает, зачем мне нужна помощь, и что я сделала. Он не знает, какое обещание я должна сдерживать.

— Он гребаный незнакомец, — говорю я сама себе вслух, когда мыслей слишком много. — После сегодняшнего вечера ты его больше никогда не увидишь.

Я делаю несколько шагов вперед, чтобы посмотреть, как Конор помогает вытащить тело на берег, в то время как Бэтмен вылезает из воды, оставляя свое снаряжение на камнях. Когда он заканчивает, они поднимают труп Меррика, Конор берет обмякшие ноги, а Бэтмен берет руки. Кряхтя и слегка спотыкаясь, они добираются до дороги и опускают тело к моим ногам.

Долгое время слышен только звук их прерывистого дыхания.

Двое мужчин наблюдают за мной. Я наблюдаю за ними. Опускается плотная завеса молчания.

Как будто они ждут, что я начну петь и танцевать, но я забыла все слова. Я не могу вспомнить никакую хореографию, ни то, что я должна делать.

Конор наклоняет голову, и его осеняет озарение.

Я прижимаю руку к сердцу и указываю на тело, распростертое поперек дороги.

— О… боже мой… это так ужасно… что я наделала…

Снова тишина. Из тени леса доносится уханье совы.

— Такая трагедия… — продолжаю я, вытирая сухие ресницы. — Так грустно… я никогда себе этого не прощу.

— Черт возьми, Господи Иисусе, — шепотом рычит Бэтмен. — Типичная.

— Извини?

— Типичная, — повторяет он, делая шаг вперед и глядя на меня сверху вниз. — Маленькая принцесса, которой буквально насрать на невинного парня, оказавшегося на твоем пути.

Я хочу начать высказываться по поводу «невиновности» Меррика, но Конор хлопает рукой по груди Бэтмена, пытаясь его успокоить.

— Эй, чувак, перестань…

— Всегда ждешь, что кто-нибудь придет и приберет за тобой чертов бардак, — продолжает Бэтмен, рыча, не обращая на протесты Конора, и не скрывая акцент.

— Плывешь по жизни, не оставляя следов, и не важно, кто встанет у тебя на пути.

Я бросаюсь вперед и сокращаю расстояние между нами, останавливаясь так близко, что чувствую сладкий мятный запах его дыхания, смешанный с ароматом озерной воды. Выражение моего лица становится почти убийственным, когда я смотрю на его лицо в маске.

— Сейчас подходящее время напомнить, что я твой клиент? Или позже? Это твоя работа, помнишь?

— Нет, это не так.

— Но я думала, что ты долбанный уборщик.

— Ты ошиблась, Бестолковая Барби.

— Тогда почему ты здесь?

— У меня нет ебучего выбора.

Бэтмен поворачивается ко мне спиной, наклоняется, чтобы поднять безвольную руку Джейми, и с ворчанием взваливает труп себе на плечо. Когда он приближается ко мне, свирепо глядя, я не вздрагиваю, хотя сердце с каждым ударом отдается в костях.

— Ты меня не знаешь, — шиплю я.

Его взгляд обжигает кожу.

— И не хочу, — говорит он.

Я смотрю, как он идет к эвакуатору с телом, перекинутым через плечо. Не отрываю взгляда от его фигуры, которая скрывается в тени, даже когда Конор останавливается рядом со мной.

— Прости за него, — говорит Конор тихим голосом, обхватывая себя за шею рукой в перчатке. — Он просто… да. Для него это была не самая лучшая ночь. Я знаю, в это, наверное, трудно поверить, но ничего личного. Наверное, он просто уже устал.

Я киваю и отвожу взгляд от эвакуатора, где Бэтмен заворачивает тело в пластик, а затем в одеяло. Я слышу его тяжелое ворчание, когда он усаживает Меррика на заднее сиденье автомобиля, но не отрываю взгляда от леса. Деревья манят меня найти тихое местечко, где я могла бы посидеть наедине со своими мыслями. Может быть, я смогу обрести покой, если мир погрузится в тишину, хотя бы ненадолго.

— Завтра вечером мы вернемся и вытащим машину из озера. Сегодня я уберу все, что осталось на дороге, — говорит Конор, прерывая мои фантазии.

Я чувствую взгляд на своем лице, но не смотрю в его сторону.

— Бэтмен… он может быть грубоват, но он такой же надежный, как и все остальные. Мы справимся с этим. Позаботимся о том, чтобы ничто не связывало тебя с этим местом. Никаких записей. Никаких улик. Скоро все будет так, как будто аварии вообще не было.

— Хорошо, — шепчу я, быстро улыбаясь. Если я надеялась так убедить его в том, что со мной все в порядке, то ничего не вышло. Когда я смотрю в сторону Конора, то вижу, как в его глазах мелькает беспокойство, хотя остальные черты его

лица скрыты маской. Я пытаюсь немного сильнее улыбнуться.

— Несчастный случай, да?

— Все верно, — говорит он со смехом. Потом уходит, чтобы помочь недовольному Темному рыцарю поднять со скал снаряжение для подводного плавания и отнести в машину. И хотя на моем лице блуждает слабая тень улыбки, когда я жду, пока они оба пройдут мимо, чувствую себя очень одинокой.

Недоделанный Бэтмен бросает гидрокостюм в открытый багажник своего винтажного «Додж Чарджер».

Он переоделся в черные джинсы, обтягивающие его мускулистые бедра, черную рубашку с длинными рукавами и другую балаклаву. Натягивает кожаные перчатки и шагает ко мне, а я борюсь с желанием схватиться за пистолет, который лежит в моей сумке.

— Пойдем, — выдавливает он, приближаясь к тому месту, где я стою на середине дороги.

Я скрещиваю руки на груди.

— Как насчет того, чтобы сказать: «Пойдем, пожалуйста». Или: «Не пора ли нам отправляться? Мой бэтмобиль ждет тебя, прекрасная девушка».

Прохладный ветерок доносит ровный гул.

На мгновение мне кажется, что это приближается автомобиль. Может быть, с дерьмовым глушителем.

Но нет.

Это он. Рычит.

Я отступаю, но он врезается в меня. Молниеносным движением перекидывает меня через плечо, разворачивается и направляется к машине. Я подхватываю сумку, пока она не упала, и желание выстрелить ему в задницу почти такое же непреодолимое, как и желание блевануть ему на спину.

— Отпусти меня, черт возьми, — мои попытки ударить его так же тщетны, как и все остальное.

Я извиваюсь, ругаюсь и пытаюсь сбить его с ног своей огромной сумкой.

— Беда на мою голову.

Одним быстрым движением я плюхаюсь на задницу, мои ноги висят из багажника его машины.

— Ни в коем случае, — рычу я. Пытаюсь выбраться из багажника, но такое чувство, будто из моей головы высосали мозги и заменили их супом. Все плещется. Мысли. Мир. Содержимое желудка. Требуется слишком много времени, чтобы вспомнить, как двигаться.

К тому времени, как я это делаю, Бэтмен уже держит меня в клетке, его руки в перчатках упираются по обе стороны от моих ног. Кончики его больших пальцев касаются моих бедер. Он занимает все пространство вокруг меня, и, хотя я закрываю глаза, его присутствие ощущается повсюду. Я чувствую запах мяты и озерной воды. Я чувствую тепло его дыхания на своем лице. Когда встречаюсь с ним взглядом, вижу, что его глаза цвета морской волны — это первое, на что я обращаю внимание, их напряженность усиливается из-за черной лыжной маски.

Ком подкатывает к горлу. Дрожь начинается в руках и распространяется по всему телу.

— Пожалуйста, ты не понимаешь, — говорю я.

— Внутрь.

— Нет.

— Быстро.

— Пожалуйста, — шепчу я. — Только не здесь. Я поеду на эвакуаторе.

— Нет, не поедешь. Только не с горой улик, которые мой коллега будет вывозить отсюда. И я не собираюсь рисковать, чтобы тебя увидели сидящей впереди, — огрызается Бэтмен.

— А больше похоже на то, что ты просто не хочешь сидеть рядом со мной.

Бэтмен пожимает плечами и наклоняется на дюйм ближе.

Между нами едва заметная дистанция.

Его взгляд опускается на мои губы, накрашенные малиновым и черным цветом.

— Думаю, ты никогда не узнаешь, — говорит он низким рокочущим голосом. — Но другого выхода нет.

У меня щиплет в носу, но я отказываюсь от внезапного искушения расплакаться от досады. Я не буду плакать, тем более при этом придурке. Если он и чувствует, что у меня дрожат колени, то не подает виду.

Он просто наклоняется ближе, не сводя с меня глаз.

Я знаю, что он не отступит. И он тоже видит, как осознание разливается по моим венам.