надо мной летят.

Так же мимолетно

годы отстучали.

Мне уже полвека,

то есть – пятьдесят.

Наступает вечер,

отыгрались грозы,

Горизонт окрашен

в синь-аквамарин.

Скрылась где-то лодка,

спрятались стрекозы,

Ласточки замолкли,

я грущу один.

Пятьдесят, полвека,

разве это много!

«Мелочь, – я подумал, -

это же пустяк».

И повелевает