и с суровыми кулаками:

– Дни коротать будешь с нами!

Дальше всё пошло по накатанному:

больше всех доставалось невиноватому.

А Емеля устроился писарем:

сидел и описывал

свою жизнь приключений полную,

а бумаги сдавал Зубковой,

та их слегка подправляла

и за свои выдавала.

Вот такие людишки таёжные:

и не то чтобы сильно сложные,

а в массе своей хамоваты.

Мол, климат злой, не виноваты!

***

А тем временем царь пригорюнился,

над планом своим задумался: