Впрочем, и у нас всё налаживалось.

Забава летать отваживалась

не над златыми церквями,

а близёхонькими лесами.

Обернётся в лебедя белого

и кружит, кружит. «Ух смелая! —

дивились на пашне крестьяне. —

Мы б так хотели и сами.»

Но им летать бояре запрещали;

розгами, плетью стращали

и говорили строго:

– Побойтесь, холопы, бога!

Холопы бога привычны бояться,

он не давал им браться

ни за топор, ни за палку.

Вот и ходи, не алкай,

да спину гни ниже и ниже.

Не нами, то бишь, насижен