А Димитрия убили,

Сына грозного царя.

Поздно, поздно

Прибежали лекаря.

Мать-царицу откачивали,

В покой внеся.

Ах, нельзя убивать маленьких,

Убивать нельзя!

Лежал он бледный, беленький

Среди желтых свечей.

Мог бы стать помазанником,

А теперь он ничей.

Государем мог бы стать строгим,

Страшным государем быть,

Головы приказал бы рубить,

Свирепей батюшки быть,

Недругов разя!