И счастья получивший вдосталь,

Чьей жизни бурной серпантин,

Привел к заветному порогу,

Где лад и сытость, и покой, -

Он потом поливал дорогу,

И, споря со своей судьбой,

Не раз с колен он поднимался,

Не раз всё снова начинал.

С нуля за дело принимался,

И на судьбу он не роптал.

Опять двадцать пять!

Ясность в том, что есть полный туман,

И что он не развеется лихо.*

Миром правит слепой басурман,

На манкуртах стоит его иго!

И ему подчиняются все.

На восток! — воют «белые люди».