Я философствовал об этом, сидя на верхней полке парилки, в сауне лайнера «Rosella», компании Viking Line. Я сурово плеснул воды на каменку и залез на верхнюю полку. Поэтому три голых женщины сидели на первой полке и о чем то трепались по шведски, совершенно не обращая на меня внимания. Больше народу в судовом- спа комплексе пока не было. Но, скорее всего, попозже набегут.

Скандинавские паромы пока еще не стали лицом Балтики, но до этого недалеко. Корабль, на котором я плыву в Стокгольм – первый, но далеко не последний паром, что вскоре будут связывать берега Балтийского моря. Это станет неким культурным феноменом. Выполнение сугубо утилитарных задач – перевезти из точки А в точку В, грузовики и пассажиров, превратиться в форму отдыха и времяпровождения. Вплоть до того, что студенты и школьники будут срываться из Хельсинки в Стокгольм, чтоб побухать и повеселиться на паромных дискотеках. Да и сейчас на корабле полно народу, всерьез намеренного оттянуться.

В отличие от Средиземноморских или Карибских круизов – публика крайне разношерстная, и все вполне демократично. Манагеры и дальнобойщики, студенты и домохозяйки, туристы и работяги- на пароме можно встретить кого угодно.

В Хельсинки я провел четыре дня. Айна, племянница моей хозяйки оказалась не по финнски бодрой. Я еще только размышлял, о том, что пока с этими визами суть да дело, можно будет покататься на горных лыжах, а меня уже привезли сначала в шведское консульство, потом в датское, и все. Я при визах и с билетом на паром. Утром, в день отправления, зашел в магазин и экипировался в туриста – походника. Ничего особенного, просто прикупил горнолыжного белья, туристические ботинки, спальник, и большой рюкзак. Погоды морозные, и прогнозы неутешительные. Даже в Дании ожидаются морозы. Не такие зверские как в финке, но все же.

Первые Шенгенские протоколы будут подписаны еще через пол-года. Но уже сейчас очевидно, что Европе надоели границы. Пришлось искать иммиграционных офицеров, перед посадкой на паром. Чтоб они шлепнули отбытие. Остальные пассажиры фигней не заморачивались, и просто ломились на корабль.

Племянница Ксении Андреевны, похоже, слупила с меня за свою работу больше, чем обычно в таких случаях. Поэтому привезла на паром на своем смешном, красном, Фиате Пунто. Заодно помогла найти паспортный контроль, который, судя по всему, прекрасно себя чувствовал, не особо утруждаясь.

Но, как бы то ни было, я наконец оказался в своей каюте. Сьют, на седьмой палубе, я занял один, собираясь загодя отоспаться. Из Стокгольма я поездом еду в Малмё. Оттуда паромом в Копенгаген. Ну а потом перехожу на нелегальное положение.