Знаю, журнал же работает.

Фух.

— Я буду тебя навещать. Ох, только не слишком часто. Твоей девушке явно не понравится, что ты видишь во снах кого-то ещё…

— Ладно. Тогда… До встречи вечером.

— До встречи… Ах, как странно. Я могу ходить, всё так хорошо, всё так чудесно, так почему… Почему я не могу сдержать слёзы? — спина девушки задрожала.

У меня заныло на сердце.

Не люблю, когда люди плачут.

— Может это слёзы счастью? — ух как глупо звучу.

— Какая, хнык, глупость… Так слащаво. Кирью-кун, уйди пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты видел моё заплаканное лицо. Пожалуйста, — Мирай свалилась на колени.

Я вышел за дверь.

Спустя совсем немного времени девушку вернулась, и кроме двух блестящих сухих тропинок на её щёчках и красного отлива в голубых глазах — зарево заката, — с ней было всё совершенно в порядке. Мы спустились на первый этаж и вышли во дворик. Нозоми-сенсей уже ожидала нас, нетерпеливо постукивая каблучком.

Она увела Мирай за собой. Когда пара уже стала спускаться к подножию холма, я вдруг вспомнил один совсем небольшой вопрос, который хотел спросить у девушки…

Ну ладно.

Спрошу её ночью.

Во сне.

63. Про Гиганта

63. Про Гиганта

63. Про Гиганта

— И раз, и два, и раз, два, три… И раз, и два…

Резвый голос звучал в небольшом тренажёрном зале, расположенном немного ниже уровня земли. Единственное окно в помещении располагалось у самого потолка и выходило на людную улицу. За ним мелькали ботинки.