— Сон плохой приснился. — и вот это, как бы странно не звучало, но прозвучало похожим на правду — Я видел… — он запнулся, и вновь уткнулся мне носом в грудь.

— Расскажи — поднял я его на руки, и отнес вглубь комнаты.

Сел в кресло, посадив мальчугана себе на колени.

— Рассказывай, смелее! Легче станет!

— Я видел… — замялся он, стискивая руки в кулаки — как орды каких-то тварей, нападают на город. Много тварей, и они рвут людей на части и сжигают их тела.

— Магмойды? — наклонил я голову на бок, припоминая только одних существ в этом мире, способных на такое.

Мальчик помотал голов, и потянувшись к столику меж креслом и диваном, взяв оттуда самую верхнею книгу, с одной из расположившихся там стоп. «Бестиарий магмойдов» — гласит надпись с обложки книги, что он мне тут же и продемонстрировал. Свежий томик, пахнущий типографской краской, что я притащил с собой в прошлую нашу встречу, посчитав, что одна лишь математика — это перебор. Пусть мальчик и гений, но ему всё равно нужно знать, что в мире творится!

Похоже я ошибся, и подобное ему ни к чему. И маленькому ребенку с нежной, и к тому же и без того травмированной психикой, подобное знать не нужно. И его… теперь одолевают кошмары! И книгу я, унесу с собой, как только наше «свидание» разлученных закончится.

— Вот, я читал… — тем временем заговорил мальчик, начав листать книжонку — тут нет таких тварей, что я видел в своём сне! Они… другие. — опустил он голову, и передал мне книгу, которую я тут же спрятал под себя, за неимением карманов в юбках в текущем платье.

Мальчик тем временем, подавив свое, явно сильное, желание заплакать «как ребенок», улёгся на меня, положив голову на грудь под мой подбородок, начав водить пальчиком по ключице.

— А еще самое страшное, — проговорил он, как-то отстранённо — что я был с тварями! Я был одним из них! Понимаешь! — поднял он на моё лицо свои глаза.

И я наклонив голову, глядя глаза в глаза, произнес с нежной улыбкой на лице:

— Это просто дурной сон. Не переживай.

— Но всё было так реалистично. — помотал он головой — И в тоже время так туманно — и вновь лег на меня — А я еще я… — и он вновь чуть не заплакал.

— Не бери в голову. Это просто сон. О! Кстати! Пельмени растают! — спохватился я о своей ноше, и не отпуская пацана, продолжая удерживать его прижатым к себе одной рукой, ломанулся ко входу.

И так и удерживая братца, что явно решил для себя меня сегодня вообще не отпускать ни на миг, растолкал свои гостинцы по холодильникам, поставил воду для варки, и даже немного прибрался, убрав книги с прохода.