Настя, не чураясь, даже подвела его под руку к одному своему дяде с семьей, потом к другому к другому тоже с женой и детьми. Оба дяди в генеральских чинах, в сединах и орденах, были уже довольно старые, хотя и крепкие. Своего нового родственника камергера Макурина, любимца правящего императора, они встречали как равного (как минимум). А то и кланялись уважительно первыми. Как никак фаворит Николая I! Не каждый так сподобится! И пусть век карьеры его недолог, но очень прибылен. Вон уже какое поместье прибабахал! Ай да Настя, ай да племянница!

Андрей Георгиевич под этими оценивающими взглядами не стушевался. Подумаешь, еще одни дворяне, мало их что ли! Главное, Настя!

Подходили они, между прочим, не просто так. Вручили только что распечатанные приглашения на свадьбу. Кому приглашения, правда, писать надо было от руки , но тут уж Макурин сам постарался, написал красиво, с завитками. Смотри и любуйся, да прийти не забудь!

Вручили самим мужчинам, их женам. Дети по малолетству пока были обойдены. Она и так могут прийти при родителях. Все, как и положено в XIX веке.

Попаданец, разумеется, намеревался подойти первым к императору и даже подписал приглашение – Николаю I, его жене, августейшей императрице, всем детям – взрослым и малолетним, – но посмотрел на толпы людей около императорской семьи и передумал. Даст и позже, нечего ему там толпится!

И гордо прошел мимо, хотя и понимал, что ошибается. Надо было как раз теснится в толпе и раболепно улыбаясь, стремится прорваться к августейшим лицам. А прорвавшись, низко кланяться и просить оказать милость хотя бы на немного показаться на свадьбе.

Понимал, но прошел мимо, подумав, что объяснит дворянской гордостью. Понятие в XIX веке уже не очень одобрительной со стороны монархии, а потом и общества, но частично вс же встречающейся.

А потом, его ослепительно сверкающая и драгоценно прелестная невеста настоятельно тянула к родственникам. Это было, пожалуй, впервые. Хотя, можно подумать, приглашения они раздавали второй раз! Да, кажется, они по-настоящему шли к свадьбе, а не просто говорили. А потому, - как он думал с некотором огорчении, - его женщина, нет, еще девушка, наконец-то решилась! И стоит обратить внимание, НЕ ОН, А ОНА! Немного било по мужскому самолюбию и одновременно радовало. Это прелестное чудо решило быть с ним. Ура господа! В смысле караул!

А на что он ее будет содержать?

Андрей Георгиевич постарался забыть о старческих тревогах и треволнениях и побольше прислушиваться к словам Насти. А она была сегодня в ударе! Вся какая-то в волшебно белом и золотом, осыпанная бриллиантами, невеста была очень красива и очаровательна. Даже Николай I, отдав дань традициям и пройдя в первом танце со своей женой императрицей пригласил ее первый на следующий. Разумеется, он ревновал бы к любому, но не к августейшему же монарху! И спокойно издали смотрел, как те кружатся в стремительном танце, как девушка, на миг опустив голову на грудь своему венценосному партнеру, что-то оживленно говорила.