Евгений Иванович отпил чая из чашки, посмотрел в иллюминатор — заходящее за горизонт солнце играло бликами на толстом стекле. Прорыв из Дальнего прошел без стычки с неприятелем. Одна-единственная «собачка» при виде вышедших из Порт-Артура русских крейсеров, тут же бросилась наутек. За ней погнались быстроходные «Аскольд» и «Богатырь» — и отогнали далеко, чтобы японцы не заметили выхода в море четырех новых броненосцев в сопровождении старого крейсера «Рюрика», который мог легко держать в строю эскадренную скорость, и даже выдать на половину узла больше своих «коллег».
Алексеев хорошо запомнил долгие рассказы Фока, в которых тот поведал о русско-японской войне, как она проходила и чем закончилась. Хорошо, что сейчас даже близко нет подобных поражений, наоборот, впору радоваться — так бы и воевали дальше, вот только в Петербурге решили все переиначить, почувствовав запах возможной победы.
А раз так, то снискать лавры «победителя желтолицых макак» и подписывать унизительный мир для японцев должен великий князь Владимир Александрович. Еще бы, ведь он родной дядя государя-императора Николая Александровича, командующий гвардией и столичным военным округом. По политическому весу не сравнить с ним, пусть удачливым адмиралом. Ведь Алексеева на должность наместника ЕИВ поставили только потому, что он оказался
Как клеймо на всю жизнь!
— Ничего, все пошло совсем иначе, и кровавыми соплями сейчас японцы умываются, тут им не там!
Чуть слышно пробормотал Алексеев, крепко сжав кулаки. Фок, вернее, «вселившийся» в него генерал, оказался вовремя, и в том самом месте, где японцы впервые решились совершить высадку своей 2-й армии. Однако десант под Бицзыво окончился для врага полной катастрофой — его начисто истребили, благо сам Фок знал чуть ли не по часам как он будет происходить. Правда, японцы вскоре опомнились и повторили высадку войск под Дагушанем — там им удалось временно закрепиться, благо генерал Куропаткин, уповая на свой «гениальный» план, решил поиграть с врагом в «поддавки». Хорошо, что удалось вовремя унять бывшего военного министра, жалко только, что тот уже оправился от ранения и снова находится при власти — начальником штаба у нового наместника.
— Наворочают они вдвоем дел, и таких, что кровью скоро умоемся. Один Куропаткин себя во всей красе показал в