— Уважаемый Йозеф, — я едва вклинился в небольшую паузу, когда торговец набрал в грудь воздуха и почти молитвенно сложил руки. Я бы, конечно, с удовольствием пообщался с этим увлеченным человеком подольше, но вот Прон уже просто успел меня достать своими гневными и возмущёнными сообщениями по чату. Старому пройдохе похоже стало скучно просто пить пиво, и он теперь развлекался, ругая меня в чате, за небрежение своим долгом и обещал всяческие кары, если я срочно не явлюсь перед ним. — Извините меня покорно, что перебиваю, но боюсь мой работодатель не соизволит ждать с моим скорейшим выполнением его поручения.

— О да. Я действительно, что-то заговорился. Так под какой вам уровень надо камень-накопитель? — Я на мгновение задумался, стараясь соотнести свои параметры со всем вышесказанным. — Мне приказали приобрести что емкостью единиц в двадцать и желательно, не одноразовую подделку, которая рассыплется после первого применения в пыль и песок.

— Молодой человек, — Теперь лавочник покачал головой уже осуждающе. — Во-первых старый Йозеф никогда не торгует ширпотребом и тем более не пытается обманывать своих клиентов. Чревато, знаете ли.

Последнюю фразу торговец добавил уже гораздо тише. Я эти слова скорее угадал по движению губ, удалившегося в подсобное помещение человека, чем услышал. Пока пожилой человек копошился внутри своей подсобки я вернулся к недавней своей беседе с приятелями и тому плакату-голограмме, которыми были просто усеяны центральные улицы. И больше всего меня смущал не мой туманный образ Александра Сталина, на который умудрилась запасть мило красневшая Аришка. Приятно, конечно, но влюбленность девушки меня сейчас цепляла мало. Гораздо больше всего меня занимало совсем другое — бегущая поверх голограммы надпись крупной строкой.

— «За любые достоверные сведения об этом человека готовы выплатить 1 миллион кредитов».

Во всех этих надписях на летающих рекламных плакатах менялось только название организации, фонда или клана, готового столь щедро заплатить. И меня это напугало. Масштаб объявленной охоты не соответствовал на мой взгляд такому скромному деянию, как мой бой с элиткой на Арене. Или я все же чего не понимаю?

Но вот риск рассекретиться и попасть в оборот левых дяденек и тетенек возрос многократно. Ради такой награды старатели и охотники форта теперь будут просто носом землю рыть.

— Сука. Что же теперь делать? — Я до боли сжал кулак, впиваясь ногтями в кожу ладони. Ситуация мне очень не нравилась. И теперь вариант с простенькой отсидкой по прошлой легенде уже не казался мне надежным.