Я шел по улице и ругался. А Няня, зараза такая, просто улыбалась и молчала. Похоже ее в том, что я именно тот Александр Сталин больше всего убедили деньги, которые я выложил за свою хотелку, чем все предыдущие события и девушка сейчас летала в облаках эйфории. Не знаю, что она себе там на фантазировала, но мордашка у нее была чрезвычайно довольной. И не скажешь, что не так давно она заходилась в истерике, как начинала представлять, что нас ждет в недалеком будущем.

— Мы сейчас куда? — Наконец вынырнула из своих фантазий девчонка и обратилась ко мне.

К этому времени я уже шел и просто молчал, переваривая свою злость на хапугу лавочника.

— Заплатим не официальные «налоги» этому Кощею и в гостишку отдыхать. Надоело все. — Я сделал пальцами кавычащий жест, с трудом сдерживая рвущийся из глубины души мат. Еще и этот доморощенный бандит тире рэкетир покушается на мое бабло. Похоже, чем больше моих денег у меня вот так вот в наглую отбирают, то тем больше я начинаю становится жадюгой.

— Надо их покусать и свое никому не отдавать, — именно так я трансформировал эмоции, пришедшие мне от пригревшейся за пазухой Коши. Ящерка всецело разделал мою развивающуюся ударными темпами скупость. Или уже жадность?

Неофициальные налоги у нас забрали быстро. Правда гораздо больше, чем обещанные Кощеем двадцать процентов. Я уже рот открыл, чтобы возмутиться, когда у меня взяли половину от всей вырученной суммы, но звероватого вида мужик приблизился к нам и многообещающе эдак осклабился, положа руку на полено. Похоже именно этот не дошедший до печи огарок должен был меня убедить, что все справедливо и так и нужно отбирать кровно заработанные.

— Указание руководства. С этого дня налог составляет пятьдесят процентов от добычи, — с важным видом заявил похожий на прилизанную крысу клерк и с довольной рожей осклабился. Похоже наслаждалась, скотина, своей властью в полной мере.

— Хотя, — крыса-клерк плотоядно посмотрел на передернувшуюся всем телом Арину, — могу вам и скидку сделать до 40 процентов, даже до 35.

— На хер иди, — я не сдержался и продемонстрировал этому уродцу интернациональный жест в виде согнутого локтя и среднего пальца одновременно. — Такому ушлепку как ты, только крысы Провала пусть дают понюхать течную дырку. И то один раз перед плотном обедом.

Подслушанное Проновское ругательство достигло своей цели. Крыса-клерк вытаращил свои мелкие глазки и закашлялся, подавившись своим возмущением. Но ничего так и не сделал. Даже звероподобный охранник с поленом вместо дубины только ухмыльнулся и исподтишка показал мне большой палец.